Он и в самом деле вышел из ванной минут через пять, наскоро ополоснувшись и даже не вытершись толком.

Лже-Розалин только закончила воевать с пуговицами и оглянулась на него через плечо.

– Еще не всё? – Этьен подошел к ней и обнял сзади, лаская ее грудь через ткань. – Но это даже к лучшему, с удовольствием помогу тебе раздеться.

– Что-то вымылись вы почти молниеносно, - заметила она, пока он помогал ей освободиться от платья. – За это время я успела бы только лицо ополоснуть.

– Я торопился, - скромно признался он. – Можешь проверить, если сомневаешься – здесь я еще мокрый, - он взял ее за руку и положил ее ладонь себе на грудь, заставляя спуститься ниже.

– Да-да, выскочили из ванной и забыли про полотенце, - засмеялась она. А теперь отпустите, пожалуйста…

Этьен сел на постель, глядя, как она убирает платье в шкаф, как неуверенно оглаживает ночные рубашки, не зная, что надеть на ночь.

– Ничего не надо, - сказал граф, умирая от нетерпения, - я все равно с тебя все сниму.

Она заколебалась и подошла, сев на постель рядом с ним. Он хотел уже обнять ее, но она чуть отстранилась и сказала:

– Этьен, но то, что мы с вами делаем, это неправильно…

Неужели, сейчас признается в подмене?

– Лучше бы вы отправились к себе в спальню, - закончила она.

– Ни за что, - тут же запротестовал Этьен. – А как же справедливость?! Ведь тебе было хорошо со мной… - он положил руку девушке на затылок, массируя, поглаживая, спускаясь к шее, зарываясь пальцами в распущенные волосы.

Отвечая на его прикосновения, девушка опустила ресницы и сама потерлась о его ладонь, как кошка, которая вот-вот замурлыкает от удовольствия.

– Хорошо, - сдалась она, - я сделаю все, как в прошлый раз, а потом вы уйдете.

– Согласен, - Этьен тут же обнял ее, увлекая на подушки.

Пусть только начнет, а чем это закончится – он увидит позднее.

Он лег на спину, предоставив лже-Розалин заняться им, но прежде, чем коснуться его напряженного члена, она провела ладонью по его плечам, груди – ласкающими, круговыми движениями.

– Продолжай, - попросил Этьен, когда она вдруг поцеловала его в грудь – коротким, быстрым поцелуем.

Было бы хорошо, вздумай она покрыть его поцелуями пониже… еще пониже…

Но она передумала целовать и пробежала кончиками пальцев по его члену – от основания до головки.

– Забавляешься? – Этьен еле выдохнул и едва сдержался, чтобы не схватить ее за руку, ускоряя процесс.

В этой игре ему нравилось все – и ожидание, и осторожность… В отношениях с этой женщиной была тайна, и была чистота. Никакой вульгарности, никакой грубости, как с Розалин.

Но и Розалин сначала казалась ему нежной скромницей, а что из этой скромницы получилось дальше? Может и эта – всего лишь притворщица. Или, может, все женщины такие – стоит им попробовать чувственной любви, и они из фей превращаются в чертовок. С чертовкой приятно позабавиться, но жить с ней невозможно. Но пока ему не хотелось и думать, в какую ведьму превратится потом этот нежный цветок. Пусть это всего лишь мечты, всего лишь игра, но лишь бы она продлилась подольше, даря хотя бы иллюзию счастья.

– Почему вы всегда такой торопливый? – спросила лже-Розалин шепотом.

– Потому что… - начал граф, но тут тонкие женские пальцы обхватили его член, вызвав сладкую дрожь во всем теле, и все мысли и тревоги улетучились разом, и говорить расхотелось.

В этот раз она ласкала его смелее и увереннее, и Этьен готов был поклясться, что ей самой было любопытно, потому что она то и дело поглядывала на него, словно проверяя его реакцию на ее прикосновения.

Каждым движением она возносила его на небеса, но сейчас этого было мало, очень мало. Потом лже-Розалин потянула его за руку, и Этьен не сразу догадался, в чем дело.

Но она всего лишь хотела продолжить уже знакомую игру – коснулась кончиком языка его пальцев, взяла в рот его указательный палец, облизнула, словно леденец, выпустила из нежного плена своего рта, втянула, опять выпустила… И вдруг спросила:

– Хотите, сделаю так же здесь?.. – и погладила налитую кровью головку члена.

Ответить Этьен попросту не смог, смог только кивнуть, но когда девушка чуть наклонилась, убирая мягким жестом распущенные волосы с лица, он схватил ее за плечо и притянул к себе, прижав к груди.