И, не обращая внимания на заговоривших всех одновременно зрителей, возвысил голос, продолжая. — За то, что он ударил в спину, нарушив тем самым правила воинской чести, он должен быть наказан согласно законам Империи, однако сам поруганный им Путь уже покарал его. Суд людской будет уже излишним. Тем не менее, я отвечаю за безопасность Крепости, и не могу допустить, чтобы в ней остался жить Беспутный, уже уличённый в преступлении. Хальриад Миари, я даю тебе три зари на то, чтобы собрать вещи и подготовиться к путешествию. После этого ты должен будешь покинуть Сапфировую Крепость и не возвращаться в неё до тех пор, пока не обретёшь нового Пути или не найдёшь учителя, готового поручиться за тебя.

Стало очень тихо.

— Извинения от Беспутного? — Эран поморщился, словно вступил сапогом во что-то крайне неприятное и дурно пахнущее. — Простите, наместник, но рисковать собой и своим учеником, принимая от этого человека извинения, я не намерен. Лишённый чести и Пути ничего хорошего сказать не способен. Как и сделать. По его же собственным словам, если я не ошибаюсь. Сказанным всего лишь зиму назад. А теперь прошу меня извинить.

Эльф поклонился и посмотрел на ученика.

— Идёшь?

Наэри смотрел на него, словно громом поражённый, и отреагировал с опозданием. Впрочем, облегчение, мелькнувшее в его глазах, лучше всяких слов говорило о том, что вновь общаться с бывшим наставником — пусть даже (или — тем более?) принимая от него извинения — у него нет ни малейшего желания. Опомнившись, он поспешно кивнул и, не дожидаясь дополнительного приглашения, шагнул навстречу Эрану.

Эран кивнул, положил руку на плечо мальчику и решительно направился к выходу, потеряв к происходящему за спиной всякий интерес.

Остальным же, посмотреть было на что. Бывший наставник наконец отмер.

— Эрер Астамир! Вы же не серьёзно?! Изгнание, лишение наставничества из-за наветов пришлого бесчестного мага? Он же наверняка всё подстроил! И бой и… всё остальное!

Наэри едва заметно вздрогнул и дёрнулся было обернуться.

— Успокойся, — не замедляя шага и чуть сжав плечо мальчишки, шепнул эльф. — Пусть себе кричит, что вздумается. Какое нам дело? Разве что ты веришь тому, что он сказал.

В голосе Эрана звучала улыбка.

Тот замер на середине движения, не закончив поворота головы.

— Не верю! — со страстью, которой сложно было заподозрить, глядя на полное сомнений лицо, прошептал он.

Гайру дать добрый совет было некому. Да и вряд ли он стал бы к нему прислушиваться.

— Подстроил? — громко проговорил тот с жутковатой, не предвещающей ничего хорошего обвинителю улыбкой. Вовремя: Наилир, всё это время наблюдавший за судом в полном молчании, побагровел от гнева и начал было приподниматься, чтобы окоротить наглеца. Но не успел.

А Гайр сделал шаг и взглянул в упор на бывшего наставника своего зятя.

— Наветы, бесчестие! И это говорит человек, который тайком от Третьего Стража убеждал Таилира покончить с собой, боясь сказать всё в присутствии его отца? И ты ещё господина Эрана называешь бесчестным? Знаешь что, за это ты ответишь уже мне — если не трусишь, конечно. Безо всякого оружия, по-простому, на кулачках, раз уж ты теперь не воин. Ну, Хальриад, готов повторить свои слова о наветах в Круге? — повернувшись, он уважительно поклонился наместнику, — Эрер Астамир, вы засвидетельствуете наши слова?

Судя по виду Наместника, у того резко заболели зубы. Все сразу.

— Кто сказал, что я не воин? — бывший наставник побагровел, видимо, всё ещё не принимая свою новую судьбу. (Или, скорее, её отсутствие)… Но с тобой драться не стану. И докажу, что всё это козни пришлого мага! Может, он вообще шпион или наёмник!

Больше ничего сказать он не успел. Гайр сделал несколько шагов вперёд так плавно и текуче, что не все даже успели заметить это движение. А в следующий миг его кулак врезался в подбородок разоряющегося Хальриада.

— Простите, эрер Астамир, — Гайр, брезгливо вытирая руку о штанину, повернулся к наместнику. — Я обязан тиру Эрану жизнью, и не могу слушать, как его безнаказанно оскорбляют.

Судя по виду Наместника, он с трудом сдерживался, чтобы не сплюнуть.

— Гайр, я понимаю твоё негодование, и лишь поэтому закрою глаза на твою выходку, — сквозь зубы сообщил он мастеру Защиты Третьей Башни. — Но в следующий раз, будь добр, дождись моего решения, прежде чем распускать руки. Если уж ты решил обратиться к моему суду!