Но нет!

Едва Ижка обругала себя за трусливость, как лесная чаща откликнулась леденящим душу волчьим воем.

ГЛАВА 22

ГЛАВА 22

Ижка спустила ноги с узкой деревянной лежанки, чувствуя, как выпрыгивает сердце из груди от холодящего душу страха.

– Мяу?! – поднял голову Малёк, настолько спокойный, что Ижке даже не по себе стало.

Обычно он на любую беду ворчал и фыркал, а тут спит, как ни в чём не бывало. Неужто и он свои силы растерял вместе с хозяйкой? От такой догадки мороз вдоль спины пополз, но девушка быстро взяла себя в руки. Об этом успеет ещё подумать.

Ижка поднялась на ноги, накинув на голову платок и укутавшись в пуховую шаль, дабы спрятаться от сырого холода осенней ночи. Не мог прогнать этот холод ни чадящий огонь, разведённый в круглом очаге с вечера, ни теперь – тлеющие ещё угли. Только воздух становился тяжёлым, словно густым, и немного горьковатым.

– Яррей, - позвала Ижка, удивившись трескучей хрипоте в голосе и отозвавшейся болью в горле.

Ижейка редко болела. Точнее, сама она даже не помнила, чтобы к ней какая хворь цеплялась. Бабка рассказывала, что в детстве едва её из лап костлявой вырвала. Но то было раз. И сама ведьма этого не помнила. А теперь…

Или это всё от переживаний?

Девушка выскользнула за хлипкую дверь.

– Ярр! – позвала Ижка и замерла, прислушиваясь к молчаливой ночи.

Оборотень не отозвался. Пугукнул филин в лесной чаще, затявкала лиса, шурхнул кто-то мелкий в зарослях чахлого молодняка.

Вот тебе и всё.

Ижка передёрнула плечами. Может, это Яррей выл? Решил пробежаться, чтобы спящую ведьму не тревожить. Или разведать окрестности. Что с неё сейчас? Только и горазда, что под ногами путаться.

Травница обняла себя, растерев плечи озябшими ладонями, остро почувствовав свою ненужность. Но она не станет показывать, как ей тяжело. Сама выбирала. Знала, на что идёт. Нужно и принимать последствия стойко и без жалоб.

Но едва решила вернуться в зимовку, как в лесу, совсем близко, послышался волчий вой. В ответ ему ещё. После – снова.

Ижка сжалась, попятилась сначала, а после её словно молнией прошила мысль – ведь это могут быть те… что Яррея едва не убили. Тот самый колдун, что связал волчью сущность Ярра.

И, сама не понимая, что делать будет, сорвалась с места, продираясь сквозь густой молодняк, расцарапывая ноги в зарослях ежевики и молясь всем богам, чтобы с ним ничего не случилось. Этого она не переживёт.

Если вдруг ему снова понадобится её помощь, то она слаба, как новорождённая.

Наверное, так бы она и промчалась мимо небольшой поляны, если бы не услышала голоса.

– …Я думала, ты мёртв! Яррей, тебя оплакала стая. Я… я тебя оплакала, - раздался тонкий женский голос, почему-то больно резанув по ведьминому сердцу.

– Рано меня оплакали… - глухо отозвался Ярр. – Не дождавшись полнолунья, проводили меня за грань?

Ижка сжала руки в кулаки. А ведь она не задумывалась, что у её оборотня была жизнь и до неё. Что если эта девушка со звонким голоском – его невеста? Или и вовсе – жена? От этой мысли захотелось бежать. Бежать куда глаза глядят, пока не свалишься без сил. Но колдунья не смогла заставить себя пошевелиться даже.

– Таранай сказал, что ты погиб. Что тебя убили люди из деревни. А тело твоё сожгли, - откликнулся ещё один присутствующий. – Акая сама звала тебя. Мне порой кажется, что я до сих пор слышу её вой.

– Она шла по твоему следу мимо Ведьминой скалы до самых человеческих селений, - снова заговорила девушка. – Говорит, что чувствовала твой запах, но ты был словно скрыт от неё... Она единственная, кто ещё верил, что ты жив, Яррей. Но её веры было слишком мало.

Ижка прижалась к дереву, вспомнив вымораживающий волчий вой. Это та самая Акая? Она приходила за раненым перевёртышем? Кто эта волчица Яррею?

– Через два дня, в ночь полнолунья, твой отец назовёт нового наследника, - сказал парень.
– Никто не станет оспаривать это решение. Не решится на схватку с твоим братом. Ты должен вернуться! Вернуться уже сегодня!

– Твой отец ослаб, - обронила грустно девушка. – Не сегодня-завтра он покинет стаю. А с ним и твоя мать. И никто не знает, чего ожидать от твоего брата.

– Стая не пойдёт за мной, если поползут слухи, что Таранай сильнее меня, - твёрдо и спокойно отозвался Яррей.
– Я должен знать, кто тот колдун, что помогает моему брату. Пока все не увидят его истинное лицо – мне не быть вожаком. Стая распадётся, если волки начнут сомневаться. Потому... вы вернётесь и никому не скажете, что видели меня.