Она кивнула в знак согласия.

— Наверное, я просто немного раздражена из-за этого.

— Расслабься, — мягко потребовала она. — На поле за нас может играть только один человек, который выглядит, как серийный убийца.

Мы одновременно повернулись, чтобы посмотреть на Харлоу. И ухмыльнулись, когда снова посмотрели друг на друга. Харлоу была потрясающей, но... она действительно выглядела как убийца. Я легко могла представить ее принцессой викингов, совершающей набеги на деревни и насаживающей головы людей на пики.

— Кто готов к тренировкам три на три? — закричал тренер Гарднер.

Высокоинтенсивные упражнения — мои любимые.

Должно быть, я улыбнулась или что-то в этом роде, потому что отчетливо услышала, как Дженни пробормотала себе под нос:

— Ты просто монстр.

Я выбросила мысли о лодыжке, Короле и Эрике из головы и шлепнула Дженни по попе прямо перед тем, как направиться к тренерам.

— Ты идешь?

Она вздохнула и покачала головой, прежде чем пойти за мной.

Мы организовали три разных мини-поля для наших пятиминутных игр. Я вошла в первую группу. Игра закончилась в мгновение ока, и группы поменялись местами — девушки, которые ждали на поле, заменили тех, кто только что играл.

Я заметила Харлоу, идущую к боковой линии, и начала пробираться к ней, мимо Култи и тренера Гарднера, стоящих вместе. Гарднер протянул мне кулак, чтобы я стукнула его.

— Ты работала над своей левой ногой?

Я ухмыльнулась ему. Я много над ней работала. Много. Это был результат часов и часов, потраченных на бег с мячом в период межсезонья. Я всегда была довольно хороша, но хотела быть лучше.

— Да. Спасибо, Джи. — Я еще раз стукнула его кулаком и, честно говоря, не знаю, почему потом остановилась.

Чего я ожидала? Может быть, комплимент от Короля или, по крайней мере, взгляд, крошечную долю признания? Все вышеперечисленное было бы неплохо. Но это была всего лишь секунда, слишком долгая, чтобы Гарднер заметил ее, и он взглянул на немца краем глаза, словно ожидая, что тот тоже что-то скажет.

Но он этого не сделал.

Эти почти карие глаза, похожие на заболоченный пруд, даже не смотрели на меня.

Смущение растеклось по моим внутренностям, особенно по животу и горлу. То, что могло быть кислотой или просто слишком чувствительными нервными окончаниями на моих щеках, ощущалось странно, когда я вынудила себя беззаботно улыбнуться. Этим я дала понять Гарднеру, будто мне совершенно все равно, что меня просто проигнорировали. Но на самом деле внутри меня все бурлило и умирало.

Я знала, как это работает. Черт побери, знала. Разве он не делал то же самое со мной раньше?

Я не могла припомнить, когда в последний раз кто-то смотрел мимо меня так, будто меня, твою мать, не существует, и я не имела в виду это в каком-то тщеславном или претенциозном смысле. Большинство людей, которых я встречала, были дружелюбны, и если они были застенчивы, то, по крайней мере, смотрели мне в глаза, прежде чем отвернуться. Большинство мудаков были, по крайней мере, пренебрежительны после беглого взгляда. Но этот кусок говна пожалел даже те калории, которые он мог бы сжечь, поворачивая свою голову в мою сторону.

Ничего, он не сделал вообще ничего.

Я улыбнулась Гарднеру немного натянуто и еще раз быстро кивнула, прежде чем пойти к Харлоу. Отвратительное чувство сжимало все внутри.

— Что случилось, Салли? — спросила Харлоу обеспокоенным тоном, как только я дошла до места, где она ждала меня.

Неужели это было так очевидно? Похоже, да.

Не успела я и глазом моргнуть, как пролетели две недели, именно так, как и ожидала. Каждый день превратился в повтор предыдущего. Они были ежедневной, идеально спланированной битвой — неизменны и надежны.

6:15 — Пробежка.

7:00 — Завтрак.

7:20 — Собрать с собой обед.

7:45 — Попытка увернуться от СМИ / если не удалось — разговор в течение десяти минут.

8:00 — Тренировка с «Пайперс» и протеиновый коктейль в перерыве.

11:30 — Обед в машине.

12:00 — Ожидание, когда Марк заберет меня, чтобы мы могли начать работу.

18:00 — Йога / силовые упражнения / садоводство / иногда плаванье / что-нибудь еще.

19:00 — Ужин.

20:00 — Душ.

20:30 — Перекус / телевизор / чтение.

22:00 — Сон.

И если вы действительно хотите подробностей о том, что еще происходило на тренировках, могу добавить: будьте уверены, я выигрывала каждый ежедневный спринт, слонялась с Харлоу, купалась в материнской опеке Дженни, помогала девочкам моложе меня и смотрела на немого, который стоял в углу поля каждый раз. Я имею в виду — каждый раз! Кто еще будет стоять так всю тренировку, каждую тренировку.