— Алекс, срочно вставай и собирайся! Мечи свои прихвати!

Чёрт. Три часа ночи.

— Окты? — навязчивая зевота не помешала мне влезть в компоненты “Ратника-3”, почти уложившись в армейский норматив. В другом мире мне пришлось разработать настоящий комплект брони — не в одиночку, конечно же — и потом периодически на себя его нацеплять. Как ни странно, этот опыт сейчас помогал.

— Из штаба срочно затребовали твой трансфер, — объяснил Патрушев, заменивший получившего повышение Ильина. — Зачем — не знаю, от Полищука пришел приказ тебя “собрать” и проследить, чтобы мечи и резак уехали с тобой. Вот вещмешок, там сухпай, белье и еще по мелочи нужного. И кое-что с фуража.

Вызов определенно связан с отправленным “наверх” видеоматериалами. Вот только если бы вопрос ставился о создании производства резаков под нужды армии — забрали бы всех кузнецов как минимум. Второй вариант — моя фамилия попалась на электронный фильтр лиц, подлежащих отправки в “тыл”… если в войне конца света вообще есть такое понятие. То есть, я понадобился как ученый. Но зачем тогда настойчивое напоминание про клинки? Одно с другим как-то не сходится… но я лучше дальше посплю, чем буду искать ответ. И тряска в десантном отсеке БТРа мне не помешает добрать своё.

Несколько раз меня будила стрельба — стрелок открывал огонь из башенного КВПТ. Один раз машина под рев парных двигателей явно что-то протаранила: удар был тот еще! Но ход не потеряла. Наконец бронетранспортер окончательно затормозил.

— Жаров, проснулся? — сунулся в отсек смутно знакомый мне младший офицер, сегодня исполняющий роль командира экипажа. — Ну и нервы у тебя, стальные канаты курят в сторонке! Приехали! Ти-ту-ду, поезд дальше не идет!

Приколист нашелся.

— Конечная? — хмыкнул я, выбираясь к десантному люку со своим скарбом. Патрушева совсем не пожалел “мелочей”, вещмешок раздуло как удава, проглотившего бочку. И весит столько же — а у меня еще и оружие.

— Пересадка. На трамвай! Речной!

БТР и правда остановился у реки: серое сумрачное утро уже позволяло без фонаря разглядеть пляж, заросли камыша и рябь на воде. И выползший на песок катер на воздушной подушке в раскраске МЧС, но с установленным на грубо сваренной на носу турели крупнокалиберным пулеметом. КОРДом, судя по тому, что видел из-под брезентового чехла.

— Александр Жаров? — на всякий случай переспросил меня офицер в форме спасателя. Получив утвердительный ответ, он постронился и втянул за мной доску с рейками в люк — этакий импровизированный трап. — В каюту, пожалуйста. Там можно будет поспать, если хотите. Еще есть термостат и чай с кофе, кружки в рундуке под ним, рядом маленькая дверца в гальюн. Примерно часов через шесть будем на месте.

Я просто кивнул: спрашивать, куда и зачем меня везут у курьера бесполезно. Хм, не только меня: больше половины и так маленькой каютки занимали ящики и какие-то свертки. Похоже, меня просто как попутный груз подхватили. М-да.

Путешествие по воде получилось монотонным, без всяких рывков, катер разве что иногда покачивало на его воздушной подушке. Разве что рев мотора в купе с характерными звуками работающего воздушного винта не давал забыть, что мы движемся — и с приличной скоростью. Я успел выспаться, попялится в маленькие иллюминаторы каюты, вяло погадать, в какую сторону мы движемся по Москве-реке, выпить чаю, оценить гальюн, перекусить сухпайком и опять задремать.

Один раз мне сквозь сон послышалась стрельба — но учитывая общий шумовой фон, сказать было сложно. Внутренние воды европейской части России, похоже, можно было считать почти безопасной транспортной артерией — разве что какой окт-самоубийца с моста сиганет. Не удивительно, что речной транспорт так быстро догадались задействовать.

Так-то киборги не тонули, но и плавать при этом совершенно не умели, больше глупо дергаясь в воде. Одно плохо: уровень воды в реках и водохранилищах держат искусственные сооружения. Повредить плотину или тем более дамбу пауканам сложновато будет, а вот контрольные комнаты захватить и разгромить — это вполне им по силам. Остается надеятся, что Национальный центр управления обороной и об этом позаботился…

— Прибыли! Александр Жаров, трап вам будет подан через пять минут, — через громкую связь разбудил меня МЧСовец.

Вот теперь вооруженное судно на воздушной подушке качалось на волнах — а я так крепко позволил себе уснуть, что даже не почувствовал торможения и остановки. Ну и где мы? Опа, да это же Москва! А конкретно её южная граница, район Капотня. А вот и мост видно, по которому кольцо МКАД проходит!

Вторым сюрпризом оказался пусть и маленький, но самый настоящий военный корабль, на борт которого мне нужно было подняться. Откуда он тут взялся?! Хотя, после первого нападения неделя уже прошла, вполне мог подняться из бассейна Каспийского или Азовского моря. Катер на воздушной подушке стал к красавцу-кораблю бортом-о-борт. Октов по берегам вроде видно не было, но встреча на воде выглядела разумной мерой безопасности.

Пока матрос вел меня узкими корабельными трапами и коридорами — этакий забег секунд на тридцать в полной выкладке — я успел окончательно отбросить версию, что вызвали меня как ученого. Иначе привезли бы меня в лабораторию, и подальше от кишащей киборгами столицы. Значит, кому-то с большими звездами на погонах потребовался именно мечник, точнее, специалист по ближнему бою. В Москве. Пожалуй, пространства для гаданий-то и не остается.

Очередная дверь в переборке неожиданно раскрылась прямо в кают-компанию — мой провожающий жестами показал, что мне именно туда. Вошел… ну надо же, какая компашка подобралась! Двое похожих, словно близнецы-братья парней с мускулатурой, что едва не рвет рукава камуфляжных курток, пожилой мужик в спецовке, положивший перед собой каску, с отсутствующим видом примостившийся рядом с ним тип без знаков различия…