— Да, — подтвердил Илай. Еще один элемент стратегии, о котором ей знать не полагалось. — Адмирал Ар’алани решила, что коль скоро мы не сможем выйти из боя, то пусть не смогут и они.

Девушка слегка улыбнулась.

— Так дрались мои братья, — сказала она. — Ни один не отступал, ни один не признавал поражения. — Ее улыбка потухла. — Часто они объединялись против меня, это было еще до того, как меня забрали из семьи и отправили на флот. Те драки часто бывали до крови.

— Вашей или их?

— Иногда всех, — сказала она. — В основном моей. Илай вздохнул:

— Сочувствую.

— Ничего, — заверила его Ва’нья. — Теперь моя семья — это флот, здесь со мной хорошо обращаются. — Она кивнула в сторону обзорного экрана, за которым ждали корабли грисков, безмолвные и неподвижные. — Не знаю, не наступит ли сегодня конец этой жизни.

— Не наступит, — пообещал Илай. — Просто помните, что, когда вы дрались с братьями, на вашей стороне не было адмирала Ар’алани.

Снова улыбка — на этот раз, пожалуй, более выраженная.

— И гранд–адмирала Митт’рау’нуруодо, готового прийти на помощь?

— И его тоже, — согласился лейтенант, мысленно скрестив пальцы. Нет, Траун ей на помощь тогда точно не приходил.

Но казалось вполне вероятным, что не придет он на помощь «Стойкому» и сейчас.

— Похоже, они снова меняют истребители, адмирал, — прокомментировал Креш.

Илай посмотрел на тактический дисплей. Три истребителя грисков прекратили обстрел и теперь возвращались к кораблю–носителю. Когда они приблизились к ангару, оттуда появились три такие же машины, спешившие занять их места в строю. Новоприбывшие сблизились с одним из истребителей, который уже находился в бою, и все четыре ненадолго сбились в кучу, словно гравиболисты, получающие инструкции от центрального нападающего. Затем они рассредоточились и заняли позиции тех машин, которые и должны были заменить.

Эта процедура повторялась уже несколько раз. «Стойкий» выводил из строя или даже повреждал истребитель, и корабль–матка отзывал его, присылая взамен новую машину со свежим пилотом.

— Должно быть, командир чувствует, что близится решающая схватка, — проронила Ар’алани. — Он выпускает все, что у него осталось.

Илай нахмурился. То краткое «совещание в космосе» было каким–то странным, и тень подозрения у него возникла еще во время предыдущих обменов истребителей.

— Средний коммандер Таник? — позвал он. — Можете дать мне полные сенсорные данные по трем новым истребителям с того момента, когда они покинули ангар?

Таник полуобернулся к Ар’алани:

— Адмирал?

— Да, перешлите, — разрешила Ар’алани. — На боевой пост навигатора Ва’ньи. Вы что–то заметили, лейтенант?

— Возможно, адмирал, — допустил Илай. Показания датчиков появились на одном из дисплеев рулевого управления, и он навис над Ва’ньей, быстро просматривая спектры. — Перед развертыванием новые истребители ненадолго приблизились к одному из оставшихся.

— Возможно, за новыми приказами, — предположил Креш.

— Но для инструктажа ни к чему сближаться, — задумчиво проговорила Ар’алани. — Любопытно. Полный анализ, средний коммандер Таник. Я хочу знать, чем они там занимались.

— Я подумал, что они могли передавать замаскированные гравитационные генераторы, — сказал Илай. — Для этого они сошлись достаточно близко.

— Зачем? — возразил Креш. — Можно просто оставить генераторы на новых истребителях и перестроить линию так, чтобы они были в нужных местах.

— Я тоже так подумал, — сознался Илай. — Но они могли передавать и что–то другое. Мы знаем, что у грисков жесткая военная иерархия. Возможно, они передавали какое–то оружие, которое только командир имеет право использовать.

— Постойте–ка, — вклинился Таник. Недоумение в его голосе сочеталось с осторожным возбуждением. — После контакта с тем, другим, у новых истребителей слегка изменились электростатические барьеры.

— Что именно изменилось? — осведомилась адмирал. — Мощность? Положение?

— Не совсем понятно, — ответил Таник. — Могу только предположить, что изменилась частота.

— Старший коммандер Синсар? — позвала Ар’алани. — Вы все слышали?

— Да, адмирал, — ответил из динамика голос Синсара. — Я согласен с коммандером Таником: те барьеры, что у нас здесь внизу, определенно имеют возможность настройки. Самое вероятное объяснение — если настроить все барьеры одинаково, они могут усиливать друг друга, когда истребители рядом.

— То есть если мы придумаем, как их перенастраивать, то сможем создавать помехи? — уточнил Креш.

— Да, думаю, что так, — ответил Синсар. — Если только заставим их разделиться и найдем способ удаленно влиять на генераторы этих барьеров.

— Или могут появиться другие варианты, — допустила Ар’алани. — Что–нибудь еще полезное вы нашли?

— Да, нашли, хотя насколько полезное, я не знаю, — донеслось в ответ. — Какой–то пластиковый клейкий состав на швах между фюзеляжем и оружием на крыльях — лазерами и ракетами. Они защищены с фронта от лазерных лучей, но сам материал крайне уязвим для смеси кислот, которая используется в наших пробойниках.