Он осмотрел всех — долгий, внимательный взгляд задержался на каждом не дольше четверти секунды — и снова повернулся к Илаю.

— Вы, должно быть, Вэнто, — произнес Крот, опустив бластер, но держа его наготове. — А вы, следовательно, Ронан, заместитель директора Кренника. — За этим последовал микроскопический кивок.

— Да, — выдохнул Ронан, явно силясь держаться невозмутимо, что ему не очень–то удавалось. — А вы?

— Зовите меня Дейджа, — сказал человек. — Имперская служба безопасности. Полковник Юларен позвонил и сказал: мол, гранд–адмирал Траун просил, чтобы кто-то из его агентов забежал на огонек и приглядел за вами. Я уже был на месте, вот мне эта работа и перепала.

— Но вы были под прикрытием? — выдохнул Ронан. — И теперь… засветились?

— Ну да. — Дейджа пожал плечами. — Ничего. Вообще, это была просто услуга гранд–адмиралу Савиту. Он воюет с пиратскими бандами в этом секторе и хотел, чтобы ИСБ помогла ему подыскать места для охоты. Кстати, какое у вас дело к Савиту?

— Никакого, — ответил Илай. — Мы просто хотим проникнуть в имперскую часть порта и проверить один грузовик.

— Тот черный ход ведь существует на самом деле? — прибавил Ронан.

— Черный ход всегда найдется, — успокоил его Дейджа. — У этого грузовика есть название?

— «Брайлен Росс».

— Ладно, — сказал агент. — Давайте–ка я проведу вас внутрь, и посмотрим, ради чего я засветил прикрытие.

— Засвечивать не обязательно, — заметил Пик. — Кроме них, никто не знает. Еще четыре выстрела, и вы можете возвращаться под каким угодно прикрытием.

Дейджа задумчиво поглядел на него:

— Дайте угадаю. Штурмовики смерти?

Пик слегка наклонил голову:

— И просто чтоб вы знали, мы собирались их прикончить, как только вы уберетесь с дороги.

Ронан вытаращил глаза:

— Вы… штурмовики смерти?!

— Какие–то проблемы с этим? — спросил Пик, мрачно оглядев его.

— Нет, просто подумал… нет, — оборвал замдиректора сам себя.

Пик вперил взгляд в Дейджу:

— А у вас?

— Никаких проблем, — спокойно ответил агент. — Но что до вашего предложения, то мы не станем их хладнокровно расстреливать. Это не в моем стиле. Мы их пометим и оставим здесь, а люди Савита их заберут.

— Как хотите, — процедил штурмовик. — Это ваши пленники. Но они пираты и заслуживают смерти.

— Я предпочитаю думать, что дознаватели ИСБ заслуживают кое–какой интересной работы, — сухо ответил Дейджа. — Дайте мне минуту, чтобы их пометить, и потом тронемся. — Он достал из воротника своей куртки маленькую упаковку сигнальных игл и принялся за работу.

Илай повернулся к Ронану:

— Между прочим, там, у Сисэй, это было впечатляющее представление. Был замдиректора, а стал… фактически никто.

— Спасибо, — чопорно ответил Ронан. Он надул губы, и его заносчивость немного развеялась. — Я, знаете ли, не всегда был имперским бюрократом. Совсем уж никем не был, но близко.

— Готово. — Дейджа выпрямился, убрал свои иголки и искоса посмотрел на Илая: — О, и между прочим, Вэнто, хатты не помечают своих агентов. Она нанесла себе метку, когда отстала от группы. Наверное, решила в последний раз попробовать вас запутать. В следующий раз, как будете работать под прикрытием, получше изучите свою роль.

— Непременно, — пообещал Илай, мысленно улыбнувшись. Недавно он гадал, как поступил бы Траун в подобной ситуации. Теперь он знал.

Траун все равно шагнул бы прямиком в ловушку. Он просто позаботился бы о том, что его подстрахуют.

«Предметов искусства грисков раздобыть не удалось. Эта лакуна создает ограничения — возможно, фатальные.

Но есть искусство их жертв. Придется удовлетвориться им.

Изгибы и линии хорошо запоминаются. Так же, как и чувство покинутости и неуверенности. Во многом эти стили характеризуют их создателей, но есть и общие черты, которые могут указывать на качества грисков.

Из зоны отдыха в кабинете доносится звук движения. Появляется тень, немного смещается…»

— Адмирал Митт’рау’нуруодо? — позвала Ва’нья. «В голосе усталость и нотки страха».

— Да. Я разбудил вас?

— Нет, — ответила она, остановившись перед дверью. «Взгляд обегает группу голограмм, задержавшись на одной из них». — Адмирал Ар’алани говорит, что вы любите искусство.

— Я его изучаю. А вы любите искусство?

— Немного. — «В голосе все еще чувствуется усталость, но теперь проявился и интерес». — Я больше люблю музыку, чем скульптуру. — «Взгляд возвращается к статуэтке, которую она рассматривала несколько мгновений назад».