До тюремного блока, куда поместили узников, идти было недалеко. Ронан был в ярости, когда его заперли в камере; его пилот Крот всего–навсего очнулся ненадолго и опять уплыл в страну своих снов.

Когда пришел Савит, Ронан все еще сидел в камере, и при виде гранд–адмирала злоба в его глазах вспыхнула с новой силой. Крота, к удивлению Савита, на месте не оказалось.

— Здесь говорится, что его увели на допрос, — сообщил главный смотритель, сверившись с дисплеем. — Но ордер без подписи.

Савит хмуро поглядел на строчку текста. Тот, кто забрал пилота, и впрямь забыл ввести свое имя. Непростительная халатность; надо будет проследить, чтобы капитан Баулэг обрушил на виновного всю ярость флотского устава.

Но сейчас на это не было времени. И в любом случае от никому не известного и не интересного бродяги будет легко избавиться.

— Разыщите его и верните в камеру, — приказал адмирал смотрителю. — Этого я забираю на ангарную палубу для передачи на «Химеру».

Краем глаза он заметил, как лицо Ронана осветилось надеждой. Замдиректора взял с койки аккуратно сложенный плащ и застегнул на шее. Вот и славно: облегчение и предвкушение свободы сделают пленника послушным.

— Так точно, сэр, — сказал смотритель. — Я вам выделю конвой.

— Ни к чему, справлюсь и сам, — ответил Савит. — Дайте мне только бластер.

Если в какой–то момент они окажутся одни и можно будет правдоподобно заявить, что пленник пытался сбежать…

Минутой позже, пристегнув бластер к бедру и левой рукой крепко схватив Ронана за плечо, он направился к выходу.

В обычное время на выбранном Савитом пути должно было встретиться несколько укромных мест, где их вряд ли кто–либо увидел бы. К сожалению, не зная, что задумал Траун, Савит еще до прибытия приказал привести «Огненный змей» в полную боевую готовность. Поскольку непосредственной угрозы не обнаружилось, Баулэг снизил уровень тревоги, поэтому в коридорах было необычно людно: члены экипажа перемещались от одного поста к другому.

Так что на всем пути до ангарной палубы Савит и Ронан ни на секунду не оставались наедине.

И теперь начинались проблемы. Изначально Савит планировал выслать Ронана и Крота на челноке, а потом взорвать его в космосе и заявить, что по новой информации пилот был самозванцем и хотел похитить сотрудника «Звездочки». После этого адмирал выразил бы глубокое сожаление, что попытки остановить челнок привели к его уничтожению, получил бы нагоняй от высшего командования, и на этом вопрос был бы счерпан. Он ограничился бы тем, что уже удалось добыть, закрыл бы свое маленькое дельце и занялся бы чем–нибудь другим.

Но это было до того, как Траун решил явиться лично. Единственного чисса на флоте не спутаешь ни с кем другим, и такая же нулевая вероятность, что кто–то смог бы или захотел бы выдавать себя за него. А значит, требовался другой подход.

У трапа челнока стояли на страже двое солдат с «Огненного змея». Самого Трауна нигде не наблюдалось.

Савит позволил себе легкий смешок. Должно быть, все еще внутри, поглощен изучением какого–нибудь нового образчика искусства. Эта привычка превратила его в объект многочисленных насмешек среди высшего офицерского состава. Сторонники Трауна уверяли, что она помогает ему изучать тактику врага; критики подозревали, что ему просто нравятся красивые картинки.

В любом случае это никак не извиняло нарушение протокола с его стороны. «Огненный змей» был кораблем Савита, и это Трауну следовало дожидаться командующего, а не заставлять Савита его ждать.

— Передайте ему, что я здесь, — велел адмирал, когда охранники, завидев его, встали навытяжку. — Если он не выйдет через десять секунд…

— Он уже ушел, сэр, — нервно выпалил один из солдат, прежде чем Савит успел высказать свою угрозу. — Сказал, что будет ждать вас на мостике.

Савит опешил. Траун ушел?..

— Почему вы его не остановили? — пожелал он знать. — На этом корабле распоряжаюсь я, а не он.

— Мы… — Солдат беспомощно посмотрел на своего товарища. — Он просто стоял вон там, возле пульта заправки. Мы решили, что он шутит.

— А потом он взял и ушел, — добавил второй. — Мы подумали… он ведь знал, что вы идете сюда. Мы подумали, что он вернется.

Запищал комлинк, и Савит выхватил его из кармашка.

— Что такое? — рявкнул он.

— Сэр, это мостик, — донесся немного смущенный голос Баулэга. — Э-э… здесь гранд–адмирал Траун.

Савит стиснул зубы.

— Скажите ему, что я сейчас буду, — велел он. — И, проклятье, позаботьтесь о том, чтобы он больше никуда не уходил.

Траун и Баулэг о чем–то негромко разговаривали на мостике, когда подошел Савит. Со стороны кормы стояли двое штурмовиков, держа бластерные винтовки Е-11 у бедра на изготовку. По–прежнему сжимая Ронана за предплечье, Савит прошел мимо них и направился к офицерам.

— Адмирал, — приветствовал он Трауна со всей учтивостью, на какую был способен. — Я думал, вы будете ждать в ангаре.