— Наверное… — замялся Микеле. — Если вы застанете её в хороший день.

Немо проводил их до дверей, а затем вернулся ко мне и недовольно скрестил руки на груди.

— Ты не обязана настолько переигрывать и быть любезной в таких случаях. Это смущает людей, Юри.

— Ты отчитываешь меня за доброту и участие? — сузила на него глаза и так же скрестила руки на груди, копируя его.

Он вскинул брови, а затем рассмеялся, словно не было между нами всех этих тайн и чёртовой недели разочарований.

— Ладно, но старушка чокнутая, и я не пущу тебя к ней одну.

— Теперь-то ты решил проявить ко мне заботу и внимание?

Мне показалось, или Немо сейчас выглядит чертовски оскорблённым.

— Я… — он подбирал слова и пытался быть вежливым, но я видела его метания и раздражение. — Я никогда тебя не бросал, Юри. С теми же крысами. Кто подсказал тебе про Луиджи, кто вызвал Флавио, чтобы стеречь твой сон, кто пригрозил горожа…

Он резко осёкся и прижал кулак ко рту. Выглядел он сейчас комично. Надутые щёки, сдвинутые к переносице брови.

— Договаривай!

— Позже. У нас работа!

Немо развернулся на каблуках и вернулся к клиентам, чтобы после принести мне на подпись новую охапку документов.

Управились мы уже глубокой ночью. Мой Мастер устало привалился к книжному шкафу и разминал затёкшие запястья. Но выглядел он довольным, словно всю жизнь мечтал снова здесь оказаться.

Я зачем-то протянула ему печать и прошептала:

— Попробуй, вдруг Юстиция передумает, и мы снова станем прежними?

Он грустно улыбнулся и сжал мои руки.

— Я корыстен, завистлив и никогда не поставлю чужие интересы превыше своих. Даже я это вижу, Юри, а уж Боги давно всё знают. Я не тот, кто очертя голову бросится с кулаками на членов мафии, дабы восстановить справедливость. Я это сделаю, только если тебе будет грозить опасность, понимаешь? Мне потребовалось время, чтобы осознать всё это. Я недостоин твоей печати.

— Ты и про мафию в курсе? — нервно хохотнула я.

— Я чуть с ума не сошёл, когда узнал. Единственный раз, когда я уснул на работе и не проследил за тобой. И именно в эту ночь тебе нужно было связаться с семьёй Коста.

Я промолчала о причине, по которой он выспался тогда, а ещё не стала говорить, что Витторио намекал на свидание.

Вместо этого я немного обиженно надула губки.

— Следил за мной? А зачем тогда говорил, что любишь Домину и собираешься жениться на ней?

— Одно другому не мешает, — начал дразнить меня Немо, и я бы точно стукнула его, если бы тут же не оказалась в его объятьях. — Мне нужно было время, нужно было послушать, что говорят люди. Когда я порвал с тобой, это всем дружно развязало языки. Столько грязи и сплетен полилось. Стало ясно, кто друг, а кто враг.

Он усадил меня за стол и начал рассказывать, как тяжело ему дались эти дни, как он сам попросил Пеларатти отстранить меня от занятий, потому что боялся, что меня снова поколотят, как больно ему было видеть мои раны.

Про пытавшуюся отравить меня студентку он сам все выложил. Девушка была одержима принцем и решила мне отомстить.

— А целовать её было обязательно? — я ехидно спросила Немо, и он тут же покраснел.

— Ты всё видела, да?

— И пытаюсь это забыть! Столько страсти, — я хмыкнула и состроила обиженное лицо. — Жду твоих объяснений!

И надеюсь, он не потребует моих, ведь я тоже целовалась с герцогом Аккольте, будь он неладен!

— Это был эксперимент. Мы с Алессандро решили испытать на ней Мьютаре Дуо, чтобы она рассказала всё о своей выходке. С кровью принца и моей магией, нам удалось подвергнуть её безопасному внушению. Мы узнали, что никакого заговора не было, лишь месть одержимой девицы и желание подставить меня.

— А Алессандро не мог сам её поцеловать? Обязательно было делать это тебе?

— Этот эксперимент был нужен. Принц попросил меня о более серьёзное услуге, — оправдывался Немо, и я чувствовала, что он переходит к той части истории, которой стесняется больше своих обжиманий со студенткой с биологического.

— Принц доверяет тебе настолько, что просит об услуге? — с сомнением спросила я.

С чего бы этим двоим иметь какие-то общие дела?

— Помнишь, я говорил тебе о свойствах крови носителей фамилии Тровато? Она позволяет затеряться и стереть любую связь с роднёй.

Видя моё озадаченное лицо, Немо не стал медлить и продолжил.

— Алессандро хотел уехать из Фероци на время, но чтобы никто не узнал этого.

У меня появилась одна неприятная догадка, от которой тут же скрутило желудок, а в сердце начало подниматься смятение и ярость.