— Крепко застряла? — предположила Ди, заглядывая в щель.

Вилл покачал головой. Даже если бы застряла, Брэйв должен был почувствовать, что она расшатывается или что-то вроде того.

— Давайте попробую я.

Вилл мягко отодвинул стоящую рядом Ди, отдал ей факел, присел на колено, почувствовав, как даже сквозь кровавый комплект пробивается холод от земли, и просунул руку внутрь. Рука сразу нашла предмет. Вилл нащупал угол и попытался натянуть на себя.

Взаимодействие разрешено.

Вилл почувствовал, как предмет медленно, но вылезает из щели. Ещё чуть-чуть. В конце он застрял углом в небольшой дыре, и пришлось потянуть чуть сильнее.

— Осторожнее.

Вилл немного не рассчитал и лишь при помощи среагировавшего Брэйва не упал на холодную землю. Получилось. Вилл поднёс загадочный предмет поближе к факелу. Простая каменная табличка с идеально круглой дырой в самом центре. Как и стены вокруг, табличка была покрыта словами неизвестного языка. По краям вырезанного круга были нарисованы чёрточки, напоминающие…

— Это что, Солнце? — спросила Мория.

Действительно. Вилл сразу вспомнил школьные годы, когда на нелюбимых уроках рисования он изображал таким образом солнышко — жёлтый круг и ряд чёрточек, обозначающих лучи.

— Выглядит похоже, — сказала Ди, с интересом поглядывающая на табличку.

Вилл скосил глаза на системный чат.

— Когда я взял табличку, появилось сообщение «Взаимодействие разрешено». Брэйв её взять не смог. Хм…у меня только одна догадка — система разрешает взять эту табличку тому, у кого есть кубок.

Солнце они нашли. Судя по фразе, его нужно совместить с Луной. Найти её было весьма просто. Вилл поднял голову к усыпанному звёздами ночному небу и отыскал молочный круглый диск. Вот она — висит, окружённая тысячами звёзд, но никак взаимодействовать с ней не сможешь. Вилл даже протянул руку к небу и попробовал ткнуть в Луну. Естественно, ничего не случилось, а где-то далеко над этим поступком невидимо посмеялась система.

«Совместить Солнце с Луной». Рука покрепче сжала табличку. Вилл посмотрел на неё, и в голове тут же родилась мысль, странная, но в то же время самая логичная. Всё ведь так просто. Вилл взял табличку второй рукой и поднял её к небу, держа на манер развёрнутого свитка. Идеально круглую дыру в середине он совместил с таким же идеальным диском на небе.

— Совместите Солнце с Луной, — прошептал Вилл.

Все сперва удивлённо посмотрели на него, а после, переведя взгляд с таблички на небо, три лица прояснились.

— Точно! — восторженно сказала Ди. — Вилл, молодец!

— Полностью поддерживаю, — с мягкой улыбкой сказала Мория.

Вилл улыбнулся в ответ и опустил руки.

— Но ничего не случилось. Выходит, это нужно сделать в полночь? — спросил Брэйв.

Вилл кивнул, положил табличку на землю и вытащил из инвентаря кубок. Минута. Вилл почувствовал, как Мория мягко обняла его сзади. Держать табличку одной левой рукой было тяжело, но система помогла поднять её и держать ровно, без дрожи. В правой руке Вилл сжал кубок. Тридцать секунд. Двадцать.

«Пожалуйста, давай только без глупостей», — мысленно попросил у игры Вилл. Скорее всего, если всё сделано верно, то откроется какой-нибудь квест, или кубок разблокирует все скрытые свойства и текст. Десять секунд. Рука немного затекла. Пять. Может быть, игра зрения, но солнечные лучи, расположенные по краям, словно загорелись молочным светом Луны.

— Чёрт!

Едва таймер показал шесть нулей, как Вилл рухнул на колени. Руки сами выпустили табличку и кубок. Боль была такой острой, что Вилл забыл всё, даже своё имя и как дышать. По сравнению с этим попадание магическим шаром бешеной феи из Собора напоминало лёгкий, едва ощутимый укол. Казалось, словно кто-то прикладывал раскалённый прут ко всем точкам тела сразу — вот острая боль пронзила голову, а через мгновение била в живот. Руки и ноги словно тянули изо всех сил в разные стороны.

— Вилл? Что с тобой?

Вилл слышал испуганные голоса, но разум отказывался различать их. Боль не уходила, а била ещё сильнее и острее. Силы покидали виртуальное тело. Разум поглощала тьма. Вилл отчаянно цеплялся за единственные оставшиеся внутри островки света, но боль и тьма нещадно отдирали от тепла и тянули к себе. Прежде чем провалиться в окончательный мрак, взгляд каким-то чудом успел зацепиться за три перепуганных лица.

Вилл пропустил момент, когда пустота, в которой не было ничего и никого, превратилась во тьму, в которой угадывались посторонние звуки. Приятное потрескивание огня в камине, стук ложки о дно посуды, лёгкие шаги по деревянному полу. Эти звуки успокоили разум, как ребёнка успокаивает прижимающая к себе мать.

«А нужно ли открывать глаза?» — устало подумал Вилл. Прошедшие месяцы прошли в тоске, страхе и отчаянии. Он словно каждый день смотрел в кривое зеркало — вроде угадываешь какие-то символы, но всё искажено настолько, что смотреть неприятно. Здесь же хорошо — тепло, мягкая постель и удобная подушка под головой.