По забитым зеваками и корреспондентами залу волной проносится шум, тут же нарушаемый грохотом молотка.

— Тишина в зале суда! — грозно восклицает Гейман.

Как только все звуки затихают, Пикар, подавшись вперёд, почти по-змеиному шипит:

— Намекаете на алиби, миссис Ричардс?

— Не намекаю, а утверждаю, мисс Пикар, — сверкнув глазами, приподнимаю подбородок.

Что ж, настало время для маленьких ухищрений. Щекочущих нервы импровизаций… Стараясь не представлять себе несуществующее слишком красочно, я ровном голосом продолжаю:

— Боюсь, в записи разговора, который, если пожелаете, мы можем переслушать заново, должны быть томные стоны и вздохи, ведь в это время у мистера Рамиреса… Был контакт. В гостинице «Плаза» со своей любовницей.

Бросив быстрый взгляд на Альваро, который, кажется, давится в этот момент вдохом, после замечаю в третьем ряду наблюдающего Энтони — он прячет одобрительную усмешку, не сводя с меня взора. Но моё внимание вновь возвращается к Альваро. Он смотрит на меня так, словно видит впервые, и на дне радужки поблескивает веселье, несовместимое с соседствующей похотью.

— Он никак не мог в этот момент разговаривать, если вы понимаете, о чём я, — это уже адресую судье и взбешённой Пикар, уничтожающим взглядом окидывающей меня исподлобья.

В этот раз удивленные охи и шёпот в зале постепенно исчезают сами.

— Эта особа может подтвердить алиби вашего клиента? — подозрительно щуря глаза, спрашивает Гейман.

— Думаю, что любовница мистера Рамиреса покинула Соединённые Штаты и вернулась на родину, — это действительно так: Альваро говорил мне об этом до суда. — Но, ваша честь, у нас есть записи с камер гостиницы «Плаза», которые нам любезно предоставила их служба безопасности. На кадрах прекрасно видно, как мистер Рамирес направляется со своей спутницей к номеру и не выходит оттуда до утра. Она же после восьми часов вечера удаляется.

Заканчиваю фразу с мрачным торжеством, чувствуя, как оно обжигает вены, наполняя каждую. На Альваро я больше не смотрю, как и он на меня, но мы оба словно на одной радиоволне улавливаем нужную вибрацию. Вкус подступающей победы ни с чем не спутать.

— Запись в «Эрерру» передал аноним. Где гарантия того, что это не сделала именно любовница вашего клиента? Она могла записать разговор в момент… перерыва, — попытка чеканещей слова и почти что брызжущей слюной Пикар была бы неплохой, если бы она изначально продумала свою тактику до конца.

— О. Перерывы… Это не о моём клиенте, к сожалению, — вырывается из моего рта прежде, чем я успеваю осознать сказанное.

Прикрываю глаза, получая штормовое предупреждение от Геймана под уже явный тихий смех Альваро, прикрывшего губы несколькими пальцами:

— Миссис Ричардс, оставьте вульгарность. Не мне вам напоминать об этике.

Ещё не хватало прямо сейчас вспомнить, что именно эти пальцы умеют… Чувствую, как скулы краснеют, но, одёрнув пиджак, спокойно молвлю:

— Прошу прощения, ваша честь, — подумав ещё немного, решаю всё-таки взбесить занудного и строгого судью ещё раз, хоть и выдвигаю логичный аргумент: — Но маловероятно, что мой клиент стал бы звонить в «Карло Груп», едва достигнув оргазма.

— Миссис Ричардс, ещё одна подобная фраза, и вас уведут из зала заседаний, — цедит Гейман, обрушив молоток на круглую подставку.

— Поняла, ваша честь. Прошу прощения вновь, — Альваро в этот момент запрокидывает голову, закрыв смеющиеся глаза, но я уже вовсю иду в наступление дальше. — Вы позволите задать вопрос мисс Пикар?

— С учётом вашего поведения, только один.

— Благодарю вас, — искренне произношу я, кивая судье, и поворачиваюсь к этой застывшей стерве. — Мисс Пикар, мой вопрос заключается в следующем: подскажите, пожалуйста, в какой именно день «Эрерра» подавала заявку на участие в конкурсе о слиянии «Карло Груп» и «Вентуры»? У меня просто, увы, нет данных.

А вот эта пауза буквально разрывает перепонки всех присутствующих. Патриция неверяще смотрит на меня, приоткрыв рот, и я перевожу пристальный взгляд на её тонкие ладони. Дрожат. А стройная фигура вдруг горбится. Язык твоего тела меня не обманет, Пикар… Я растягиваю губы в зловещей улыбке, когда мы сталкиваемся с ней ненавидящими взглядами, и медленно поворачиваюсь к судье, так и не получив ответ:

— Ваша честь, прошу приобщить к материалам дела следующий документ… — вальяжным движением протягиваю бумаги приставу, и тот относит их к трибуне. — Это список участников конкурса, предоставленный «Карло Груп». «Эрерры Лимитед», в отличие от корпорации «Сомбра», в нём нет. Соответственно, у меня возникает ещё один резонный вопрос…

Пикар что-то шепчет себе под нос. Кажется, повторяет: «Нет, нет…», пока Гейман с неподдельным удивлением вчитывается в содержимое нового вещественного доказательства. А я, вложив ладони в карманы чёрных брюк, с уверенностью разношу гулкую тишину на осколки ударами каждого последующего слова:

— …для чего мы вообще здесь сегодня собрались?..

И в этот момент на шее, там, где едва виднеется след поцелуя Альваро, вспыхивает невидимое пламя.