— Так он… — Гала ткнула пальцем в сторону кушетки.

— Стирает себе память.

— И что же теперь…

— Ну, для начала нам нужно дождаться, когда он войдет в быструю фазу сна, и посмотреть, сколько повреждений в его матрице памяти. — Асвальд убрал ладонь с лица затихшего Шуна. — А потом приступать к считыванию, как и планировали. Будем надеяться, что потерлось немного.

* * *

Мир тихо гремел, словно исполинский ребенок взял его в руку и без устали тряс третий час кряду. Почва мелко подрагивала, с небес летела похожая на снег холодная сыпь, оседала розоватым полотном. Лиам стряхнул ее с плеч, потянулся, разминая затекшую спину, и лег на промерзшую землю.

— Этот мир действительно меня не любит, — вздохнул он, закидывая руки за голову.

— Тебя вообще довольно сложно любить, — заявил Роско, присаживаясь рядом с ним.

— Никто и не заставляет, — фыркнул Лиам.

— Из тебя ужасный напарник.

— Из тебя не лучше. Помощи никакой.

— Ты меня убиваешь… — шутливо-печально вздохнул Роско.

— И вино твое было отвратительным.

— А вот это удар под дых! Насколько помню, ты вылакал его все.

— А ты бы не вылакал на моем месте?

— На твоем месте я вообще не ввязывался бы в подобные авантюры, — хохотнул Роско, пихнув его ботинком в бок. — А ты еще и друзей за собой тащишь.

— С каких это пор мы друзья?

Постороннего Лиам почувствовал первым, сел и посмотрел через плечо. Размытая фигура паука медленно вышагивала в их сторону, потихоньку проявлялась из розоватой взвеси.

— Оставлю вас, пожалуй, — сказал Роско, поднимаясь. — Увидимся на той стороне. — Пес кивнул. — Ты… поосторожнее здесь. Хорошо?

Когда Саан подошел, Лиам все еще сидел на земле, уставившись куда-то вдаль и даже не думая приветствовать паука.

— … и тебе добрый день, — вздохнул Саан, устраиваясь напротив. — Вижу, люди вытащили из рукава свой последний козырь?

— Вроде того, — небрежно кинул Лиам.

— Тогда зачем ты всех выбрасываешь? Мы так долго выстраивали Шанталару опоры, а ты запустил хаотичное пробуждение. С какой целью?

— Мне просто нравится думать, что абсолютный выброс был запущен ради меня одного.

Лиам все так же смотрел в сторону. Краем глаза он уловил, как паук, вздыхая, подбирает под себя передние лапы.

— Я никак не могу понять твоей логики. Складывается впечатление, что она полностью отсутствует.

— Возможно.

— Ты издеваешься?! — повысил голос Саан. И тут же с непривычки закашлялся.

— Можешь залезть в мою голову, — хохотнул Лиам. — Как ты это обычно делаешь. Я же вижу, как трудно тебе дается нормальная речь. — Не дождавшись ответа, он перевел взгляд на паука. — Что? Теперь ты меня боишься?

— У нас была договоренность, — буркнул Саан почти обиженно.

— Хорошо. — Лиам подался вперед, принялся выводить пальцем на земле причудливые символы, складывать их в длинные формулы. — Но сначала открой директиву минус тридцать семь.

— Ты же знаешь, что у меня нет доступа к директивам прототипов. — Глаза паука досадливо полыхнули оранжевым.

— Этот прототип впоследствии вошел в матрицу, на основе которой был пробужден твой разум. Так что постарайся.

Паук надолго замолчал. Лиам дописал все формулы, оставив пробелы в ключевых местах, поднял голову и уставился в фасетчатые глаза.

— Директива номер минус тридцать семь, — наконец подал голос Саан. — Запись скопирована с бортового журнала одиночного планетолета Зэт-762, курс Родос — внешнее кольцо. Прошла обработку в Центральном Гнезде. Выжимка прилагается: "Псевдо-капитан Соло отметил подавленное состояние субъекта, как только тот взошел на борт. В течение суток ситуация резко ухудшилась, вследствие чего Соло принял единоличное решение об умерщвлении субъекта посредством распространения по всему объему планетолета нервнопаралитического газа. Субъект умер быстро и практически безболезненно". На основании этого…

— Достаточно.

Саан ошарашено замолчал, глаза его налились растерянной синевой.

— Любой искусственный интеллект реагирует на тонкие структуры вселенной, — сказал Лиам. — И в первую очередь защищает их, а не материальную составляющую. Даже если не отдает себе в этом отчета.

— Я не понимаю тебя, — мотнул головой Саан.

— Соло убил своего капитана-паука, потому что тот по каким-то причинам впал в глубокую депрессию. Он расценил это, как стремительную деградацию его тонкого тела, души. И таким вот нехитрым способом попытался остановить деструктивный процесс. И дело не в том, что на твой интеллект повлияла его частичка-сущность, все гораздо сложнее и хуже. Так поступил бы любой прототип, так поступил и ты.

— Как я поступил? — Глаза паука стали еще синее.

— Когда пришло время, и паукам даровали принцип мгновенного перемещения, ты ухватился за идею и рассчитал, как из двигателей нулевого переброса сделать энергетические станции. Не сомневаюсь, что ты преследовал благую цель, но знаешь, куда мостится дорога из подобных целей? — Саан на это промолчал. — Я дам тебе то, что обещал, но знай — цивилизацию своих прародителей убил именно ты. Из тебя никудышный помощник, так что перестань играть в благодетеля и держись от живых подальше. Они для тебя слишком несовершенны.