— У вас есть хирурги, которые занимаются неживыми нефтепродуктами? Почему я должна показывать кому-то свою рану?

Раст слегка улыбнулся, словно пытался не рассмеяться.

— Пластический хирург — тот, кто занимается косметическими ранами. Вы должны показаться ему, чтобы не осталось на лице шрама. Не хотелось бы, чтобы испортилось ваше прекрасное личико.

Надия прижала ладонь к щеке.

— Вы… вы думаете, что я прекрасна?

Раст побагровел и нахмурился.

— Забудьте. Просто покажитесь, ладно? Больше не пытайтесь выкинуть подобный фортель. Стоять в движущей машине действительно опасно — вы могли погибнуть.

— Простите, если я вас расстроила, — ответила Надия с раскаянием. — Но я так разволновалась. Именно их я видела во сне, — она указала на целующихся гигантов. — Но ведь они не живые, да? Это какое-то искусство?

— Это памятник, созданный на основе известной картины. После окончания Второй мировой войны, одного из наших величайших глобальных конфликтов, было много торжеств. Моряк, вернувшийся с войны, обнял медсестру и поцеловал ее. Кто-то сделал снимок, а местный художник решил воплотить его вот в это. — Раст тоже повернулся, глядя на целующиеся фигуры. — Эта композиция называется «Безоговорочная капитуляция».

— И я понимаю почему, — пробормотала Надия. Выскочив из кабриолета, она подошла ближе, чтобы получше рассмотреть огромные фигуры.

Мужчина-гигант облачен в синюю униформу. Он наклонил женщину назад, обвил рукой шею, заставив положиться на силу, что поддерживала ее, целуя до потери сознания. Женщина не сопротивлялась его яростным объятиям. Скорее, она прижалась к мужчине, почти приветствуя его господство.

Что за романтическое описание, подумала Надия. Он так сосредоточен над ней, так яростен в своем желании. По какой-то непонятной причине Надия неосознанно коснулась собственных губ, вспомнив Поцелуй на удачу Софии и Сильвана. Детектив Раст встал рядом с ней. Надия искоса взглянула на него. А детектив пристально смотрел на нее. Она поспешно опустила руку и отвернулась.

— Хм, так вот откуда… Табита исчезла? — спросила она, стараясь говорить небрежно.

— Это вы мне скажите. — Раст подошел к подножию статуи и похлопал великаншу по туфельке. — Это ведь вы видели похищение, верно?

— Я действительно видела его, — произнесла Надия. — Но только на мгновение, в видении. — Она повернулась к нему лицом. — Итак, теперь, когда я подтвердила это, чего вы хотите? Зачем было тащить меня сюда, на Землю?

Раст раздраженно провел рукой по волосам.

— Потому что… черт возьми. Ненавижу это, но… возможно, вы можете получать информацию о людях, просто прикасаясь к вещам, которые им принадлежали?

— Не знаю, — честно призналась Надия. — У меня уже давно не возникало таких видений. Но думаю, смогу попробовать.

— Ладно, подождите здесь. — Детектив вернулся к машине, и Надия услышала, как он бормочет себе под нос: — Поверить не могу, что делаю это. Так глупо…

А когда вернулся, то держал в руке прозрачный пакет, набитый таканью.

— Держите. — Протянул пакет Надии. — Посмотрим, что вы сможете из них извлечь.

— Неужели это ее… ее одежда? — Надия осторожно взяла пакет.

Раст кивнул.

— То, что было на ней в момент исчезновения.

— Но что, по-вашему, я могу узнать? — спросила Надия. — Я уже сказала, где она находилась в момент похищения.

Раст нахмурился.

— Просто узнайте все, что сможете, ладно?

Надия, прищурившись, уставилась на Раста.

— Если это какая-то проверка, то понятия не имею, как ее пройти. Почему вы просите меня использовать силу, в которую не верите?

— Потому что я в отчаянии, ясно? — прорычал Раст. — Первые двадцать четыре часа очень важны. Табита стояла вот здесь, прямо возле этой статуи, а потом исчезла. По словам ее друзей, в одну минуту она стояла тут, а в следующую уже исчезла. Осталась только одежда и больше ничего.

Надия пожала плечами.

— Постараюсь. Но ничего не обещаю.

— Мне не нужны обещания. Просто сделайте все, что в ваших силах.

— Отлично. Но я сделаю это для Табиты… не для вас. — Открыв прозрачный пакет, Надия сунул туда руку и нащупала странный материал, который носил народ Земли. Мягкий, но не мертвый, и не настолько живой, как ее тарп. Она даже не представляла, как смогла бы вытерпеть в течение длительного времени соприкосновение подобного материала с собственной кожей.

— Ну? — Раст пристально уставился на нее. — Есть что-нибудь?

— Прости. — Надия покачала головой. — Я ничего не вижу… — Внезапно яркий солнечный день Сарасоты исчез, сменившись черным маревом. От увиденного у Надии перехватило дыхание.

Девушка, смутно похожая на Лорен, лежала лицом вверх на голом металлическом полу. Обнаженная и неподвижная, смотрела в металлический потолок незрячими глазами. По выражению ее лица стало ясно, что она умерла в агонии. Со сжатыми в кулаки пальцами, с гримасой боли на лице.