Сердце ёкнуло:

– Надо предупредить ребят, что у этой дряни не хвост - настоящая секира…

Осторожно выглянув из-за куста, схватился за сердце, наблюдая, как завалился на спину запнувшийся Бин, а мгновенно распахнувшаяся пасть чудовища услужливо развернулась в его сторону, словно предлагая свою помощь. Как, подняв меч, Газ рванулся ей наперерез, но, сбитый ударом тупой морды, отлетел прямо в ноги Лексу. Как тяжело дышал Шон, глядя на свои пустые руки и проклиная невовремя выдохшуюся магию…

Времени на раздумье не было - закричав так, что самому стало страшно, двумя руками всадил меч в мелькнувший зазор между пластинами, потрясённо наблюдая за взметнувшимся вверх хвостом монстра… Он стремительно пронёсся надо мной, попутно «подстригая» ветви кустарника. Только выучка военных лет, а может, и обычное везение в который раз позволили безрассудному Капитану

сохранить голову на плечах, бросив тело на землю за мгновение до этого впечатляющего события…

Взгляд переместился на обломок меча в руке, и почему-то именно это, а не приближающаяся уродливая морда, меня особенно расстроило. Клинок, с которым я не расставался долгие годы, был сродни верному боевому товарищу, а эта тварь посмела… Да чтоб тебя, зараза!

Кинжал удобно лёг в руку, а в голове пролаял прокуренный бас вечно недовольного Сержанта:

– Не трусь, новичок, тут главное успокоиться и поймать глазами цель. Поверь в себя и бросай, представь, что твой кулак летит навстречу врагу, и тогда всё получится…

Я так и сделал, и неважно, что для этого страшилища удар моего кинжала был сродни укусу комара в стальную задницу памятника отцу-основателю города. Главное - знать, куда целиться, тем более что не только дикари умеют смазывать оружие ядом…

Тварь оказалась напротив меня быстрее, чем вспомнились наставления сурового Сержанта, мир его праху, и, поскольку финал нашего «свидания» был очевиден, плевать я хотел, насколько сильно у неё воняло из пасти - главное, чтобы мерзкие маленькие глаза оставались широко открытыми. А мой кинжал найдёт цель…

Сделав бросок, перекатился в сторону, пересчитав рёбрами все торчащие из земли корни и бугры, и на удивление резво домчался до густого кустарника, где и занял позицию наблюдателя… Скажу вам, то ещё было представление: в первое мгновение тварь замерла и вдруг, ожесточённо тряся головой, заголосила не хуже старой маркитантки, у которой украли сбережения на чёрный день.

От этого сумасшедшего визга голова поплыла - пришлось заткнуть уши, чтобы сохранить остатки и так ещё не полностью восстановившегося слуха. Показалось, что на лесной поляне резвится внезапно налетевший ураган, засыпая меня листьями, обломками веток и россыпью неизвестно откуда взявшихся камней. Этот «неправильный» дождь добавил новых синяков моей и так настрадавшейся спине. Оставалось только вжаться в землю, вцепившись руками в колючие стебли кустарника, и молиться о спасении тому, в кого особенно никогда и не верил…

Последнее, что я услышал, были треск поваленного дерева и звуки падения чего-то очень тяжёлого, сопровождавшиеся нечеловеческими стонами и дрожью земли. Голова взорвалась болью, а свет сменился тьмой…

Новое видение своей глупостью затмило все предыдущие: Сержант сидел на бревне посреди леса и нянчил годовалого ребёнка, сюсюкая и подбрасывая его в воздух. Младенец орал не переставая, указывая пухлой ручкой в сторону лежащей на боку твари, и мне почудилось, что он кричал что-то вроде:

– Отдай! Отдай!

А Сержант, пытаясь успокоить ребёнка, повторял с надрывом в голосе:

– Он - мёртв, эта гадина его убила…

И тут, к своему ужасу, я понял, что у младенца моё взрослое лицо… Оно ухмыльнулось, пропев голосом Газа:

– Чтоб т-е-б-я, Бин, тащи в-о-д-у.…

Открыв рот в немом крике, я чуть не захлебнулся от хлынувшего откуда-то сверху дождя. Глаза, наконец, увидели… нет, не свет - перепуганные лица склонившихся надо мной друзей и новичков, освещаемые одиноким факелом в руке Лекса, охнувшего:

– Слава богу, кажется, очнулся… И хватить причитать, Газ, не видишь, что ли - жив твой Командир, вон какие чудные рожи корчит…

Выплюнув воду под смех Шона и ухмылки Алхимика, я перевёл взгляд на обрадованных помощников:

– Жив, чтоб вас, но кое-кто здесь рано веселится. Командир воскрес, чтобы рассчитаться со злодеями, пытавшимися его утопить… - моё суровое лицо смутило вмиг приунывших ребят, и пришлось сменить гнев на милость:

– Да шучу я, дурачки… Что случилось, где самая крупная бестия из тех, на кого мне доводилось охотиться? Я уж думал, она успела вами закусить… Значит, побрезговала, или вы сами пустили её на жаркое?