– Например, его не прочь захватить жители небольшой, но очень решительно настроенной экзопланеты в созвездии Водолея, где самым важным до сих пор считается воинская доблесть, правда, Бин? Есть желающие получить ценный приз и с другой окраины Вселенной, с планеты, вращающейся вокруг красного карлика в созвездии Лебедя. Её население просто одержимо новыми знаниями. Я ничего не перепутал, Газ, мой мальчик?

Помертвев, я слушал его слова, понимая, что именно сейчас бесповоротно рушится вся моя прежняя жизнь, а безжалостный друг детства продолжал вбивать гвозди в крышку гроба:

– Не хотела упустить своего и Имперская разведка этого грёбаного микроскопического мирка, раз приставила к тебе свои лучшие силы, что на это скажешь, Таможня?

Не выдержав, я пятился не в сторону оскаленной ухмылки Капитана Гарриса, а назад, пока не упёрся спиной в стену крепости, службе в которой отдал последние десять лет своей жизни. Руки искали поддержки у этих старинных каменных блоков, но они оставались холодны к беде Капитана Городской Стражи. Тогда я коснулся груди, чувствуя уже ставшее привычным тепло полкового знамени. И это придало мне сил:

– Простите мою непонятливость, господин имперский Алхимик, но всё-таки переспрошу. Может, что не так понял из ваших учёных слов - неужели Капитан Городской Стражи и есть тот самый нужный всем ключ?

Он кивнул, привычно бледнея, но я больше не повёлся на эту показуху и, сделав задумчивое лицо:

– Надо же… - подойдя вплотную, ударил его в грудь так, что он отлетел к одиноко стоящему дереву, - ой, господин великий лжец, вы не сильно пострадали? Как говорится - хотел больнее, не получилось…

Стоявший на пригорке Гаррис согнулся от хохота, но я его проигнорировал, подойдя к помертвевшему Бину:

– Ну, Бенедиктин, что от меня нужно твоим хозяевам? Ищите гору сокровищ или что-то другое, например, военный артефакт, какую дверь доверчивый Капитан Стражи должен открыть для них? А ведь Командир считал тебя младшим, хоть порой и неразумным братишкой, - я развернулся к его не смеющему поднять на меня глаза напарнику:

– А ты, Газ, настоящий умница… Никогда не видел говорящих зеркал, правда? Да тебе только в дурацком балагане на ярмарке играть. Вот так и верь замечательным ребятам, можно сказать, надежде нашей славной Стражи…

Я сплюнул, переходя к Шону:

– Ну что, Капитан, ох, прости, а на самом деле… неужели, Полковник или, чтоб тебя, уже Генерал? Что будем делать с нашими клятвами на поле боя? Или это тоже всё было для маскировки важной миссии?

Лицо Верзилы удивительным образом изменилось, став спокойнее, что ли, он больше не прятал взгляд:

– Всё в силе, Робин, сделаю то, что обещал.

Я кивнул:

– Тебе - верю… Придётся нашему Командиру разведчиков копаться в монашеском дерьме одному, ведь Капитан Стражи будет очень занят, - я собрался повернуться к ним спиной, но почувствовал, как кто-то держит меня за рукав куртки.

Голос Шона ничуть не изменился:

– Не кипятись, Робин. Да, мы не сказали тебе правды, у каждого на это были свои причины. Но Лекс ошибся, нас объединяет не борьба за власть и не жажда наживы: все мы члены Земной Федерации и хотим только одного - прекратить войну. А для этого нам нужен ты, Капитан. Клянусь, всё это время мы и не подозревали друг о друге и, если бы не Лекс… Но это не важно, у нас одна цель - защитить твою жизнь.

Я сделал вид, что удивлён:

– Да иди ты, Таможня! Кому она понадобилась? Всем нужен живой ключ…

Шон хмыкнул, помогая Лексу встать на ноги и слишком усердно отряхивая его испачканный в пыли костюм.

– Что ж ты так плохо держишься на ногах, Зазнайка… Я слышал, у твоего папочки большой зуб на человечество? Это он приказал прикончить нашего дорогого Капитана, или твой друг Верзила на этот раз ошибся?

Гаррис, наконец, замолчал, и, не переставая икать, вдруг рявкнул, надвигаясь на Лекса:

– Ах ты мелкая скотина, с самого начала всё продумал? Надо было ещё тогда вспороть тебе брюхо, мерзкий метаморф…

И снова Шон встал на пути врага:

– Последний раз предупреждаю - отвали, это только наше дело…

Я едва проглотил перекрывший дыхание ком воздуха:

– Что такое… этот метаморф?

Лекс поднял на меня полные боли глаза:

– Я и в самом деле не человек, впрочем, как и остальные - вон даже предки Верзилы умудрились породниться с населявшими в древности этот мир Великанами. Но так ли это важно, Робин? Я искренне люблю тебя, мой дорогой друг…