— Занятная штуковина, — прокомментировал голый незнакомец, разглядывая оружие, которое вдруг как по волшебству оказалось у него в ладонях.

— Эй! Там боевые! — Крикнул Артур, зачем-то поднимая ладони к лицу, хотя незнакомец этого не требовал, — осторожнее, он на взводе!

Незнакомец улыбнулся, ловким движением разрядил оружие, и поставил его на предохранитель.

— Я знаю, — сказал он.

— Ну все, мальчики, — наконец, вмешалась Анна, — будем считать, крутизной померялись. Питер, ты почему здесь? Еще и в таком неподобающем виде?

Питер явно был удивлен.

— Ваше величество? — Сказал он, — вы в памяти?

— Да, Питер, — кивнула Анна, — а ты позоришься одновременно перед монархом и наследником.

Питер расплылся в широкой и искренней улыбке, обнажив ровный ряд белых зубов.

— Мои поздравления, королева! Возможно, вы действительно были правы в своей спешке. А то я боялся, что придется объясняться, а это нарушило бы условия Магической Оговорки. Вам бы это не понравилось.

— Арти, — она обратилась к сыну, — у тебя найдется какая-нибудь запасная одежда?

— Арти? — Ошарашенно проговорил Артур, не сводя подозрительного взгляда с пришельца, — слушайте, я не сдвинусь с места, пока не объясните, какого черта тут происходит!

— Он что, не знает? — Уточнил Питер.

— Не было времени объяснять, — досадливо пожала плечами Анна, и добавила, обращаясь к Артуру, — да и сейчас его не особо много. Так что давай сначала займемся делом. Время на поговорить еще будет. Артур, ради всех стихий, дай, пожалуйста, Питеру какие-нибудь штаны. Думаю, у вас примерно один размер.

— Меня Артем зовут, — пробормотал Артур, но вылез из салона, и направился в сторону багажнику.

— Это не правда, — сказала вслед ему Анна, — твое настоящее имя — Артур. Так что привыкай.

Покопавшись в багажнике, Артур вышел с другой стороны автомобиля. Перебросил Питеру джинсы и кроссовки.

— Лови, — сказал он, — носки в кроссовках. Трусы, извини, не предлагаю. Придется как-то обойтись так. Майки тоже — ты в плечах меня шире раза в два.

Питер ловко поймал одежду левой рукой, не выпуская пистолет из правой.

— Спасибо, — пробормотал он, и принялся одеваться.

— Рада, что ты признал мою очевидную правоту, — королева с улыбкой наблюдала за тем, как Питер одевается.

— Безусловно, моя королева, — сказал Питер, не отрываясь от процесса, — но и я тоже был прав. У нас мятеж и переворот.

— Грегор? — Уточнила Анна.

— Угу.

— Плохо дело. Он бы никогда не пошел на это, не заручившись внешней помощью.

— Я ожидал этого, — сказал Питер, справившись с кроссовками, — но просчитался в скорости. Они действовали сразу, как только ваш корабль скрылся за горизонтом.

— Есть подозрения кто?

— Да, — кивнул Питер, — почти наверняка Эреборское княжество. Они неплохо разбогатели на своих мобилях, у них очень сильны расовые предрассудки. А мы для них — как бельмо на пути между ними и Заповедным Лесом. Либеральное человеко-гномье королевство. Если к моменту нашего возвращения Грегор отменит ценз оседлости для эльфов — будет совершенно ясно, откуда растут уши.

— Эй! — В разговор вмешался Артур; он закрыл багажник, и вернулся к водительской двери, — вы, кажется, говорили, что у нас нет времени на разговоры! Кто ты такой? — Сказал он, указав на Питера, и добавил, опуская руку, — кто вы такие…

— Мальчик мой, — спокойно ответила Анна, — ты ведь уже знаешь ответ на самый важный вопрос, верно? Твое сердце тебя не обманет, как меня не обмануло моё. Верь ему. Все так и есть.

Артур промолчал. Только молча вернулся на водительское сиденье, и захлопнул дверь.

— Моя королева, не хотел бы вам давай советы по семейной жизни, но… — Начал Питер, однако Анна его перебила.

— Я ценю твою тактичность, Питер, — сказала она.

— Вы сказали… ты сказала… про самые ранние мои воспоминания… — Сказал Артур очень тихо.

— Сказала, — кивнула Анна, — считается, что обычно человек не помнит ничего из раннего детства. У большинства воспоминания начинаются после того, как им исполнится три. Но, говорят, некоторые яркие события можно вспомнить даже, если они происходили раньше. Такое встречается иногда. Бывает, что люди помнят события в очень раннем возрасте. Я надеялась, что хоть что-нибудь, да осталось.

— Это… это даже не воспоминания… — Артур потер лоб, и, словно обессиленно, уронил руку на подлокотник, — это ощущения. Запах. Я помню запах. Странно, да? Как может быть, что вы… ты пахнешь так же, как тогда? Я помню маму в роскошном платье. Как в фильмах про старые времена. Помню улыбку и тепло.