Он молча кивнул, нервно сглотнув.

— Скажи мне, ты хорошо знал своего напарника? — Анна поднялась на крыльцо вслед за Питером.

Борис не был отмороженным дураком; он тут же отметил про себя это «знал».

— Ч… что вы с ним сделали? — Рискнул спросить он.

— Мы? — Анна пожала плечами, — мы ничего с ним не делали. Это он имел глупость тыкать заряженным стволом в дракона. А, поскольку гостей мы не ждали, Питер не успел вмешаться. Но, кажется, он не сильно мучился. Всего несколько секунд — и горка пепла. Даже кости в труху.

— Но ты имеешь шансы промучится несколько дольше, — Питер приблизился к Борису вплотную, и ловким движением заломил ему за спину руку, надежно зафиксировав того в беспомощной позиции. Тот благоразумно не сопротивлялся, — если нам покажется, что ты недостаточно сотрудничаешь.

— Питер, веди его в кабинет, — скомандовала Анна, — он на втором этаже, дверь слева от лестницы.

— Да, моя королева, — кивнул Питер.

— Арти, выходи уже, — добавила Анна, обращаясь к ближайшим кустам, — нижний санузел слева от входа. Приведи себя в порядок.

Борис успел увидеть, как из кустов выходит молодой худощавый парень. На его зеленоватом лице застыла смесь отвращения и ужаса.

— Анна Александровна, — Саша попытался улыбнуться, — проштите што в таком фиде.

— О, боже! — Анна подбежала к помощнику, и попыталась освободить его от скотча.

— Нош на фашем столе, — подсказал Саша, — со скохтем толко так.

Она кинулась к столу, быстро нащупала тяжелый нож для бумаг, и вернулась к Саше.

— Аптечка есть? — Спросил Питер, чуть сильнее надавив на руку пленнику. Тот застонал.

— Ему в больницу надо! — Ответила Анна, расправляясь с липкими плетями ленты.

— Нифего стлафного! — Возразил Саша, — шисненные олгханы целы! Только помяли малошть!

Питер неожиданно отпустил пленника. Отошел в сторону на шаг, и скомандовал:

— Раздевайся!

Тон был таким, что Борис отчетливо почуял могильный холод. Быстро скинул рубашку, полсекунды поколебавшись — ботинки и брюки.

— Полностью, — Питер указал стволом пистолета на трусы — широкие «семейники»: красные, в белый горошек.

— Тут женщины, — попытался возразить боевик.

Вместо ответа Питер передернул затворную раму пистолета. Борис подчинился, и скинул трусы.

— Теперь — на стул, — Питер указал на место, где только что сидел Саша, примотанный скотчем.

Борис боком, чтобы не поворачиваться передом к Анне, двинулся в указанную сторону.

— Какх я и думал — не яйша, а голох! — Прокомментировал Саша, которого Анна вела, придерживая за руку, в сторону ближайшего санузла.

Эланиэль выглядел растрепанным. Обычно идеально уложенные блестящие локоны тускло свисали серыми сосульками, глаза — в красных прожилках, даже руки немного трясутся. Эльф в таком состоянии — само по себе явление достаточно редкое. А видеть такое в собственной резиденции и вовсе могли лишь единицы во всем мире. Хоть какая-то компенсация за срыв планов.

«Добро пожаловать в элитный клуб», — не без горечи поздравил себя Грегор.

— Нельзя, чтобы кто-то увидел драконоборцев, — твердо сказал он, глядя эльфу в глаза, — делайте, что хотите, любая маскировка — но на улицах их быть не должно.

— Драконоборцы — гордый народ… — начал было Эланиэль, но вдруг осекся, и вздохнул, — да. Мы что-нибудь придумаем. Но дракон — это очень, очень большая проблема.

— Это не просто большая проблема, — холодно сказал Грегор, — это смена всего расклада.

— Мне пришлось приложить очень большие усилия, чтобы уладить все вопросы с Орденом. Вы ведь понимаете, потеря двенадцати стихийников…

— …вы сами настаивали, что данные вашей разведки абсолютно верны! — Перебил Грегор, — нашей ответственности тут нет.

— Вы взяли на себя куда больше, — сказал эльф после минутной паузы, — вы посчитали, что можете нести ответственность за целую страну. Вот и несите.

Странно, но эти дерзкие слова подействовали на Грегора успокаивающе. Это ведь действительно именно то, чего он хотел. Власть, и полагающаяся к ней в нагрузку ответственность. Что ж теперь поделать, если все и сразу пошло не по плану? Окно возможностей все еще открыто, он пока не проиграл. Значит, нужно продолжать.

Джосс остался в живых благодаря старому амулету, подаренному ему лично Алым Королем. Он тогда был зеленым первокурсником в кадетском училище, и выиграл первые в жизни соревнования на военную хитрость. Победителей всегда лично смотрел король, и он тоже удостоился такой чести. Ему не было страшно: да, слухи о чрезвычайной жестокости монарха уже распространялись, но он предпочитал им не верить.

Король выглядел на удивление молодо. С виду никак не дашь девяносто лет — именно столько ему было тогда, когда он вручил амулет Джоссу. Твердое, мужественное лицо; немногочисленные морщины — там, где надо, чтобы не портить общее впечатление наследственного благородства; небольшая аккуратная борода с прожилками седых волос. Умные карие глаза. Легко можно было заподозрить магическое вмешательство, но даже думать о таких вещах — моветон для верного подданного, каким Джосс, безусловно, являлся.