Но то, что угрожает одиночке или небольшой группке — для армии, пусть и такой… эээ, своеобразной — на один чих. Собственно, командование, куда вошли трое самых уважаемых из выступивших в поход лидеров наемников, больше заботилось как бы никто от их бойцов не сбежал. Ведь в случае неудачи спасшиеся бегством раньше времени могли предупредить вождей племен, собирающихся на ритуал. Потому предполагалось не просто выносить всех по пути, а специально атаковать даже тех скверных, что оказались просто достаточно близко — для этого вперед высылались разведчики. Вот они-то как раз на глаза противнику не должны были попадаться.

Решение логичное и, похоже, единственно-верное в сложившихся условиях — я, во всяком случае, никакой подходящей альтернативы я не придумал. Понятное дело, меня никто и не спрашивал — это так, разминка для ума. А вот выводы на основе анализа чужого выбора пригодится должны были пригодиться мне уже напрямую…

— Долго нам тут еще загорать?!

— Дипперстоун, ты в курсе, что я тебя с собой не тянул? — я ненадолго отвлекся от оптического прицела, чтобы взглянуть на гнома. — Мог бы просто открыть для меня чердак и идти по своим делам.

Солнце и впрямь сегодня шпарило как-то особенно сильно, из-за чего мне пришлось заставить Перегрина снять металлические элементы доспеха. Слишком уж сверкала на свету фракционная “скорлупа”, привлекая внимание к крыше бородачовской гильдии, где я засел с удочкой. Оно мне надо? Нет, стрелять я не собирался, просто с упором, а не держа прибор руками, следить за далекими целями куда удобнее.

— Из-за твоего “гениального” плана выставить меня ответственным за идею межгильдейского союза, — Перегрин с непередаваемой гримасой на лице изобразил кавычки пальцами. — У меня теперь нет других дел, кроме как таскаться за тобой. Прямой и однозначный приказ от главы: “охранять почетного гостя и всячески ему содействовать, пока Изыскатель в нашей зоне ответственности, раз уж не хватило ума не распускать сначала кулаки, а потом — язык!”

А то я не понял, почему тебя горничная позвала, когда я спросил про крышу… На самом деле гном, конечно, придуривался. Как я уже отмечал, актер из него так себе, потому скрыть облегчение от спасения Аши он как ни старался — не мог. Да и вообще заметно расслабился. Правда, узнай он о проведенной со мной эльфийкой ночи — наверняка б сейчас совсем другие эмоции испытывал. Или нет? Как говорил один книжный герой, “чужая девушка” звучит куда лучше, чем “мертвая девушка”. М-да. Всё ж недаром говорят, что чужая душа — потёмки…

— Отлично, как раз сэкономлю на охране и проводниках, — в тон бородачу отозвался я. — Даже как-то обидно, что они мне теперь вроде как уже и не нужны. Если успею добраться до нужного места раньше, чем племена погонят остатки наемников назад.

— Думаешь, экспедиция всех выметет по дороге? — скептически хмыкнул Пипи.

— Я-то тут новичок, а вот они все явно именно так и думают, — я махнул рукой в сторону горизонта.

Немного погодя после того, как экспедиция скрылась из виду, следом за разношерстной армией двинулись хорошо подготовившиеся к дальнему походу небольшие отряды с избыточным количеством заводных коней. Не иначе как рассчитывая помарадерить втихаря на месте большой битвы. Планы, понятное дело, особенно истинные, до них никто не довел — но сложить два и два получилось почти у всех. Только одни решили рисковать так рисковать, увязавшись за гильдейцами под контролем Синдиката, а другие просто решили обделать свои на временно ставшей сильно менее опасной территории.

Старатели, собиратели трав, охотники, добывающие мелкого зверя, а не монстров — все они выдвигались совсем уж малыми группами и поодиночке, нередко очень сомнительно вооруженные. Этих получилась целая волна, даже с такого расстояния видимая невооруженным глазом. Словно этакий отлив, или, не знаю даже с чем сравнить. Потому что муравьи от своей кучи по дорожкам выдвигаются, а тут как тараканы врассыпную. Но и эти оказались не последними.

Дождавшись, пока добытчики затеряются где-то у горизонта, Фронтирбург, поднатужившись, исторг из себя последних из последних. В обносках, кривые-косые, кто на невообразимо заезженных клячах — но больше на своих двоих. Обязательно с каким-нибудь метательным оружием типа лука или разваливающегося от старости и плохого ухода самострела. Сторонясь друг друга — наверняка еще и скаля рожи конкурентам — эти тоже потянулись на восток, то и дело наклоняясь к самой земле. Не все, далеко не все ловцы удачи за хвост из относительно мирных промысловиков вернуться домой. Правда, этой швали, полагающей, что лучше и проще резать своих, чем общих врагов, вернется еще меньше.

— И ни одного монстр-разумного, — под нос себе задумчиво прокомментировал я.

— Насколько я знаю, некоторые авантюристы из этой братии пытались тут поселиться, да не вышло, — валяться на черепицу и плевать в небо Перегрину явно было скучно. — Только к тому светлому моменту, когда мы, гномы, дотянули сюда “железку” — их уже раза три как на корню вырезали другие жители. Типа как “шпионов скверны”. Новые больше не суются. Или сбегают сразу же, благо для этого только билет и купить теперь.

— Что, и светлых тоже? — удивился я. — Их ведь, как говорят, скверна почти не берет.

— Светлый, тёмный, нейтрал, — гном сплюнул через край крыши. — Пьяному до синевы нищему отбросу не все ли равно?

Миры разные, но кое-что отнюдь не меняется. К сожалению, далеко не лучшее.

— Ты еще не высмотрел, что хотел? — тем временем не утерпел Дипперстоун.

— Высмотрел, — обрадовал я его. — Вот теперь и нам можно начинать неторопливо собираться, а там и выезжать.

— Что, прямо на ночь глядя? — удалось удивить мне собеседника.