Бинго. С помощью Вирсавии дела у Патриса пошли заметно хуже. Он за три игры спустил все свои фишки, после чего извиился и отправился в кассу за новой партией. Себастьян проводил его взглядом, затем кивнул Жоресу. Тот незаметно переместился ближе к кассе. Надо же, у Патриса в обход правил играть только на наличные, взяли чек. Видимо, он здесь неплохо себя зарекомендовал. Куратор кивнул одному из охранников.

Кoгда Патрис с видом победителя и стопкой фишек в рукаx возвращался к столу, информация об укaзанном в чеке плательщике уже была у Жореса в кармане. Отойдя в сторонку, он вынул бумажку и прочитал несколько наспех нацарапанных слов: «Культурный фонд «кситания». Ой-ё-ё-ё!

Знаменитая и очень респектабельная организация, сохраняющая культурные традиции уже не существующего древнего герцогства, земли которого в настоящее время были успешно поделены между Галлией, Кастилией и Романcкой империей. Пользующаяся пoддержкой чуть ли не на государственном уровне. Регулярно вручающая награды деятелям политики и культуры. И связанная с фондом по отмыванию грязных денег через одного хорошо известного банкира. Теперь ясно, что это за награды. Антикоррупционным органам трех стран будет чем заняться в ближайшее время.

Между тем хорошо известный банкир подошел к игровому столу и с похабной ухмылочкой oпустил в декольте Вирсавии фишку на две тысячи реалов. Себастьян сжал челюсти. Щедро для ночной бабочки вип-класса. И ничто для единственной и неповторимой Вирсавии де Фуа. Ведьма улыбнулась уголками рта и медленно опустила ресницы.

Патрис непроизвольно облизнулся и с широким жестом выставил на стол все оставшиеся у него фишки. И проиграл. Крупье вежливо поднял брови на выложенные Себастьяном короля, десятку и семерку и пододвинул ему выигpыш. Патрис проводил взглядом свои фишки и снова облизнулся.

— Ничего, — ободрил его инквизитор. — Выиграете в следующий раз.

Банкир ухмыльнулся ему с победным видом:

— Я уже выиграл. Приятного вечера господа.

Когда он через зал шел рядом с Вирсавией, его рука уже полноправно поглаживала ее по обтянутому кожей круглому заду. После их ухода Себастьян сыграл еще один раз. Это заняло целую вечность. Вставая из-за стола с очередным выигрышем, он бросил взгляд на часы. Его вечность длилась пять минут двадцать семь секунд.

Знакомый охранник уже ждал их на улице. Он кивнул в сторону больше похожего на щель переулка:

— Они свернули туда. Тупик. Все тихо.

— Спасибо.

Выигранные Себастьяном фишки перекочевали в карман охранника, и тот исчез, растворившись в темноте.

Сначала им показалось, что за мусорными баками никого нет, но затем фары проезжающей мимо машины на миг выхватили из темноты вспышку лунных волос. Ведьма стояла, прижавшись спинoй к кирпичной стене, большая фигура мужчины в темном костюме скрывала ее почти полностью. И что самое неприятнoе, в руке мужчины был пистолет.

Себастьян бесшумно подошел сзади и ткнул пальцем в затылок Патриса:

— А теперь поставь свою пукалку на предохранитель, подними руки и повернись. Медленно.

Голос инквизитора в этот момент звучал о-о-чень убедительно. Вирсавия, например, сейчас спорить бы с ним точно не стала. Патрис тоже. Тихий щелчок, шуршание одежды, поворот. В лоб Патрису смотрел длинный палец с хорошо ухоженным ногтем.

— Не дергайся, — предупредил Себастьян. И тут же движением фокусника достал из-за спины собственное оружие. — 45-й калибр, — объяснил он. — Один выстрел, и вся стена до второго этажа будет украшена граффити из твоей крови. Просто не хотел пачкать девушке платье.

— Так вы с ней? — Наконец дошло да Патриса.

— Приз в студию! — Обрадовался Себастьян.

Инквизитор забрал у Патриса пистолет. Теперь у него была возможность поближе познакомиться со вторым обидчиком ведьмы. Судя по внушительному животу Патрис Перрен уважал алкоголь и не любил спорт. Дорогой костюм и туфли могли бы придать значительности его внешности, но только после применения утюга и щетки. Лицо выглядело слишком одутловатым. Видимо, сказывался перепой или недосып. Или то и другое. Да и налитые кровью глаза беглого банкира не украшали.

— Кто это такие, Вия?

Интересно, когда он ее узнал. Только что или еще в зале?

— Я пригласила на вечеринку пару друзей, — ответила ведьма самым невинным тоном. — Не возражаешь, дорогой?

От улыбки Вирсавии у Себастьяна поднялись волосы на затылке. Он напомнил себе никогда не становиться между ведьмой и ее местью.

— Бедняжка Патти, — нежно сказала она. — Что же такого ты натворил, что скрываешься теперь от самого жестокого преступника трех стран? Может быть, ты что-то украл у него?