– У нас уже много заказов на строчку. Хорошо будем зарабатывать, Маша. Спасибо тебе! Максим даже специальную книгу заказов уже ведёт, чтобы по очереди и за установленную цену. Он нас такой умный мальчишка оказался! – похвалил младшего брата Андрей.

– Представляешь в приюте были четверо младших, но только Максим, не только хорошо читать научился, но и писать, - подхватил Коля.

– Надька на год старше, а писать заказы не смогла, а про Никиту и Мишку я, вообще, молчу – они даже читают с трудом, - встряла с ехидным замечанием Танька.

– А ты, вообще, не умеешь! – тут же возмутились в один голос оба самых младших брата.

– А меня и не учили грамоте целых полгода на всём готовом! Если бы учили – умела бы! – парировала Танька.

Сама не понимаю, как заботы о выживании семьи, как таковой, крыше над головой и хлебе насущном, настолько меня поглотили, что я упустила вопрос обучения грамоте, не только детей, но и себя самой.

– А что игрушки? – задала вопрос, ибо не хотелось продолжения разговора на тему грамоты, потому, что меня брала досада - с учёбой я сплоховала. А ещё учитель!

Тут Сашка немного виновато сжался.

– Понимаешь, Маш… Мы дом этот выкупили полностью, «Модную лавку» обустраивали, лицензия, пошлины, заказов сначала не было совсем, только матрасы понемногу шили… Всё серебро, что было истратили на то, на это… Нужны были лавки и стол в новый дом, новая духовка…Ту, что была, соседи вместе с Лизой забрали, - мямлил брат.
– А ещё, Танька всё время возмущалась, что Надя игрушки шьёт и ей мало помогает по дому…

Саша замолчал. Остальные тоже ничего не говорили. Надя смотрела печально, Таня – с вызовом.

– Ну? – поторопила его я.

– Ну, в общем, трудности у нас, а тут, этот… хозяин игрушечной лавки. Пришёл, уговаривает и уговаривает… - Сашка тяжело вздохнул.
– Продал я все твои рисунки, Маш, и лекала для игрушек, и права продал… Теперь, по условиям сделки, мы их больше не делаем, даже для себя.

– Вот как? – я задумчиво смотрела на погрустневшую Надюшу. – А чем младшие теперь заняты?

– Все парни Кузнецовы в «Модной лавке» работают. Я там – мастер, Егор - подмастерье, Степан – без пяти минут машинный портной, Максим – счетовод. Я его, кстати, учиться отправил, на Садовую, в школу при приюте, каждый день бегает. Андрей, Коля, Никита и Мишка пока в учениках ходят.

– А Надя? – спросила я, уже догадываясь, что услышу.

– Она, в основном, по дому крутиться. Таня, действительно не успевает одна. У неё много заказов на коврики, да ещё она конфеты и хворост по утрам делает. Афанасий потом их на площади, с прилавка продаёт.

Я понимающе кивнула.

– А что Афанасий с Дашей? Как у них дела обстоят?

– Даша и её свекровь тоже ковры плетут. У Дарьи, кстати, благополучно младенчик родился – мальчик, - Саша рассказывал и рассказывал. Мне казалось у них без меня целая жизнь прошла.

В разговоре участвовали все Кузнецовы, а я слушала, переспрашивала, уточняла и… заряжала приборы.

– Пора обедать! – позвала Таня. Я заметила, как ловко и умело они с Надей приготовили и накрыли праздничный стол, продолжая вставлять в общую беседу свои замечания и рассказы о минувших трёх месяцах жизни Кузнецовых без меня.

– А что с моей капустой сделали? Хороший урожай собрали? – вспомнила я в какой-то момент про свой огородик.

– В погребе сложили. В том, что под модной лавкой. Её столько, что весь погреб только этой капустой занят. Афанасий собирался продавать туда попозже. Нам столько не съесть. В этом году, урожай, как никогда, очень обильный!

Так. Разговоры разговорами, а пора подниматься и за дело приниматься. Тем более, что все приборы уже были заряжены.

Однако, прежде я попросила бумагу и нарисовала несколько рисунков и лекал для абсолютно других по стилю и исполнению, по сравнению с теми, что мы делали, игрушек-подушек в форме забавных котов, поросят и сов. Припомнила и добавила лекала для мягкой куклы шаловливого мальчика. Я подобных не видела здесь. Нарисовала выкройки для пчёлки, жука и ещё несколько оригинальных лекал для игрушек разных животных. Передала всё Наде с подробными пояснениями. Девчушка прямо просияла от счастья.

– Саша, я, при всех присутствующих Кузнецовых, дарю право на все эти лекала и выкройки Наде, ей одной. Только она может использовать их или продать, если захочет.

Младшая запрыгала, захлопала в ладоши, а затем с воплем «спасибо!» кинулась мне на шею.

– Пустяки. На это не разбогатеешь, - отмахнулась я.

Потом поднялась и распорядилась:

– Мальчики, бегом принесите сюда десять вилков капусты. Я должна успеть показать вам, что с ней можно сделать.

Как этот мир живёт без квашенной и маринованной капусты?