— Дальше, — попросил я, видя, что Пердикка замолчал и задумался.

— Полагаю, Архон, Антипатр и ряд других полководцев восприняли в штыки приказ и на внутреннем совете поднялся вопрос о том, насколько это решение соответствует государственным интересам. Как ты понимаешь, повелитель…

— Да жопа, — выдохнул я.

Здесь была зарыта собака. Я прекрасно понимал все сам. Выглядело так, будто царь бежит от проблем империи вместо того, чтобы решать их. Проблем становилось больше, путей решения виделось меньше. Однако единственными виновниками происходящего были полководцы, не сообщившие честному народу о воскрешении Александра. Александра, воскресшего, но связанного по рукам и ногам вытесняли с театра политических действий всеми доступными способами. Когда же я попытался что-то изменить… Впрочем, следовало дослушать Пердикку.

— Извини, перебил.

Телохранитель продолжил не сразу, за дверьми царских покоев послышался топот. Пердикка подскочил с кровати с ксифосом наголо, но быстро успокоился, когда услышал из-за двери голос начальника караула. Военные выполняли приказ, к покоям стянули усиленный караул.

— Думаю, они решили, что твой приказ идет в разрез интересам государства, — продолжил телохранитель.

— Что-то подсказывает, что такое же обвинение я бы получил, скомандуй аравийский поход или наоборот оставив без внимания вызов арабов, — улыбнулся я.

— Ты прав, даже займись ты исключительно внутренними делами, ничего не изменилось бы!

— Слушай, Пердикка, а раньше чего они не предъявили?

— У тебя остались сторонники, только поэтому они не действуют на прямую, — пояснил телохранитель. — И сейчас был их следующий шаг! Клянусь Зевсом, Эвмен пришел не просто так! Грек один из немногих поддерживал Александра и после смерти ратовал за переход престола нерожденному сыну Роксаны. Большинство давно поделили государство на куски!

— Да, знатно они обломились с моим воскрешением.

— Теперь представь, каково это возвращать то, что ты успел подержать в своих руках?

— Хреновастенько.

— Так вот я полагаю, что грек выступал против бунта, но боялся сделать это в открытую!

— Дальше, — нетерпеливо поторопил я.

— Архон и те, кто придерживается схожих с ним убеждений скинули маски! — выпалил Пердикка. — Эвмену поручили вывести царя из себя! Сделать так, чтобы Александр расправился с ним, такая была его задача! — телохранитель покосился на завернутое в шкуру тело. — Грек показал твоим соратникам, что ты убийца, тиран, не заслуживающий власти! Он развязал им руки.

— Понятно…

В голове сложилась картинка случившегося накануне. Действительно, что подумают те, кто все еще поддерживал Александра, узнай, что царь безо всякого повода рассправился с собственным секретарем. Со стороны выглядело именно так. Даже Пердикка поначалу не заподозрил, что грек — самоубийца! Эвмен умело насадился на меч. Вот же сукин сын. Но хоть хватило душку предупредить меня, что дела в заднице. Хотя бы за это скажу ему спасибо.

В дверь постучали — ровно четыре удара.

— Лисимах, — пояснил телохранитель.

Я помог ему отодвинуть от двери кровать.

В дверном проеме действительно показался Лисимах и другие телохранители, вооруженные до зубов, встревоженные. Лисимах последовал к окну, полагая, что оттуда разве что неведомым образом может прийти удар. Дверь тут же закрылась, кровать встала на свое место, вновь заблокировали проход. Пердикка как ни в чем не бывало вернулся к прерванному разговору.

— Полководцы уже не имеют права отступать. Сомневаюсь, что утром мы выдвинем на север войска, — наконец, закончил он. — Каковы будут распоряжения?

Сомневаться было отчего. Полководцы бросили вызов. Мы приняли.

Однако не успел я ответить, как за дверью царских покоев послышался шум, а затем голоса. Разговаривали на повышенных тонах, слышались угрозы обнажить мечи. Угрожали караульщикам, но дело не дошло до схватки — в дверь постучали. Раздался низкий хриплый мужской голос.

— Открой дверь или клянусь Аполлоном, я вышибу ее сам! — голос принадлежал Архону.

Я и Пердикка переглянулись. В глазах телохранителя читалась решимость. Приготовились остальные телохранители. Не оставалось сомнений, вслед за Эвменом сюда заявятся предатели. Кое-кто хотел застать меня с поличным, застать врасплох. Оставалось понять, что выйдет из этого. А такд да, все встало на свои места.

***

Вероятность проникновения со взломом 99,9 %

Я прочитал уведомление и велел Пердикке открывать дверь.

— Никто не станет слушать, Александр, — покачал головой Пердикка.

По ту сторону сыпались первые угрозы и брань.

— Открывай, — повторил я. — Так то разговаривать я тоже ни с кем не собираюсь.

В дверь последовал первый удар. Архон от слов перешел к делу и велел выломать засов, полагая попасть в царские покои силой. По физиономии Пердикки было видно, что он не согласен с моим решением, однако телохранитель подозвал Аристона и Птолемея. Те отодвинули кровать от прохода, а Пердикка рывком отодвинул засов. Дверь распахнулась, телохранители Александра вскинули ксифосы, готовые встретить полководцев лицом к лицу.