С другой стороны от стойки была дверь, но к шаманам местным не ходи, запертая. Я выглянул над фанерой и разглядел местного кладовщика, зависшего перед вентилятором. Жарковато ему здесь, одет налегке — серая футболка, камуфляжные шорты и шлепанцы, если бы не наплечная кобура под мышкой, я бы даже сказал, что по-домашнему.

Но как до него добраться, я не представлял. Даже пристрели я его там или забодай томагавком, внутрь-то я не пройду. А я понял, что мне туда очень надо, когда рядом со спиной мужика разглядел характерные силуэты сложенных в ряд помповых гранатометов «ГМ-94».

Вот такого мне точно не хватало, когда мы Егеря слонобоем валили. Легче, короче, удобней, а, главное, четыре выстрела можно зарядить, и снаряды на любой вкус, цвет и способ поражения неприятеля. Осталось забрать.

Мужик так и стоял спиной, раскинул руки перед вентилятором, будто на Титанике на носу стоит. Я выскользнул на пустую улицу и обошел здание. Нашел кабель, свисающий из маленького окошка, и пошел по нему в сторону свалки из пустых оружейных ящиков. Среди которых на свободном пятачке стоял работающий генератор.

— А показания счетчиков, то не сдаем? — я улыбнулся и щелкнул выключателем.

Вернулся к воротам и уже собрался закрыть первую створку, чтобы по полной устроить кладовщику парилку, но услышал, как звенит связка ключей и щелкает замок. Дождался, когда скрипнет дверь и метнулся внутрь, держа в одной руке пистолет, а в другой топор.

— Всем лежать мордой в пол! Работает Мосэнергосбыт! — на кураже само вырвалось, а мужик все равно не понял.

Кладовщик подпрыгнул от неожиданности, выронил ключи, попытался развернуться в воздухе и бросился к двери. Я успел ударить его по ногам, и уже упавшего припечатал топором. И стараясь сильно не пачкать пол, поволок тело внутрь. Задвинул за грудой ящиков, может, потом не сразу спалят, вернулся к воротам, удостоверился, что все спокойно.

Бегло осмотрел полки. Богато, но ничего такого, чтобы меняться или тащить дополнительный груз, только патронов нужных бросил в рюкзак несколько пачек. Другое дело девяносто четвертый «ГМ» — работает, как помповое ружье, максимальная дальность пятьсот метров, минимальная десять. Эх, была бы возможность, все бы забрал.

Схватил ближайший гранатомет, разложил приклад, дернул помпой, пощелкал, осмотрел и начал заряжать, чередуя разные типы снарядов, лежавших в коробках на полке: кумулятивная, термобарическая, осколочная, термобарическая. На соседней полке нашел подсумок на двенадцать гранат и также вперемежку все заполнил.

Перед выходом еще вскрыл ящик с обычными гранатами и, с трудом погасив просыпающийся приступ жадности, взял всего две гранаты. Попробовал, смогу ли хоть подпрыгнуть с таким весом и понял, что не могу дышать. Но не от тяжести, а просто потому что воздуха в помещении нет вообще.

Вот и первый раз вспомнил прохладный ночной океан. С грустью посмотрел на оставшиеся запасы, помахал им, но, как говорится, обещал вернуться. Закрыл дверь на замок, забрав с собой ключи, и вышел на улицу.

Огляделся — никого. Закрыл первую створку, потянулся ко второй, размышляя, где бы еще табличку найти: «Перекур — десять минут». Смахнул пот со лба и резко похолодел, когда услышал за спиной шум автомобиля.

Юркнул в открытую створку и сместился за стену, в надежде, что меня не заметили.

Зря надеялся! Машина дала по газам, стала сигналить и в металлическую дверь попали первые пули. Я притих, дождался, когда заскрипели тормоза, и высунул в дверь гранатомет. Машина остановилась метрах в пятнадцати от гаража, бойцы еще только открывали двери, как я выстрелил.

Взрыв, скрежет металла, звон брызнувшего стекла на бетонную дорогу и все это под вопли раненых. Не выпуская гранатомет из рук, я бросился обратно к спецтехнике, за которой провел все утро. И выпустил второй снаряд в темный дверной проем, где мелькнули люди. Подъездную дверь снесло, а внутри вспыхнуло пламя, кто-то горящий вывалился на ступеньки.

Я побежал дальше, пока резервуары не оказались в прямой видимости. Спрятался за поддоном, заставленным кирпичами, дозарядил две гранаты. И, выглянув, из-за кирпичей пальнул в ближайший бак. Попал в середину, наслаждаясь яркой огненной вспышкой, но не занялось. Пустой он там, что ли был? Перевел гранатомет на следующий, с которого ночью светили прожектором, и снова выстрелил. Вот там уже полыхнуло вовсю.

Пламя, как волной, окатило бок резервуара и взметнулось вверх, если и были там какие-то часовые, то в густом черном дыму в лучшем случае уже одни головешки бегают.