– Я боюсь?! Нет, это я боюсь?! Ты очешуел, мелкий?! – на все небо заорал огненный. – Это ж ты на самом деле во всем виноват!

Ритм полета юного змея сбился, тот нырнул в небе, словно попав в воздушную яму…

– Ты, ты! – твердо повторил огненный. – Если бы ты как следует владел водой – ты бы все потушил! И ничего плохого бы не случилось!

– А все он… Айтварас… Он клялся молчать! – орал Тат, мечась по крохотной комнатушке так, что Ирке пришлось взобраться на кресло, а Шену и Елеафаму вжаться в стены. – А сам проболтался, неблагодарный змееныш, – иначе откуда бы Владычица все узнала? Я потерял Златку… и меня же за это стали презирать! Меня, истинного Лун, из-за каких-то… дохлых человечков! Из-за какого-то никчемного змееныша, не способного залить маленький пожарчик! Кто такие вообще водные? А я – я! – был вынужден служить у него в охране! Потому что больше меня никуда не брали! Ненадежен! Я! – он зарычал. – А это все он! Тоже мне, Великий! Если бы не он, я бы…

«Взрослею, наверное, – думала Ирка, с брезгливым любопытством вглядываясь в черты, вроде бы такие же, как у Айта, и в то же время совершенно другие. – Раньше, еще с полгода назад… да что там полгода, еще до Ирия… я бы ему в морду дала, и плевать на последствия. А теперь не просто соображаю, что в замкнутом помещении три дракона меня массой задавят, а… не хочется. Бегай потом ванну ищи – кулак после его морды отмывать, а он… он ведь даже не поймет за что. Так ведь и останется в полной уверенности, что сам он ничего плохого не сделал, это все вокруг ему недодают и его недопонимают».

– Благородно с твоей стороны… – голоском сладким, как намазанный на шоколад мед с сахаром, протянула Ирка. – Так страшно переживать свою вину… чтоб аж искать, на кого ее свалить. И конечно Айт виноват перед тобой по самые уши… по самый кончик хвоста. Он же взрослый, ответственный челов… змей! Должен понимать: если всю жизнь нянчиться с таким вот великовозрастным чешуйчатым недорослем, – она демонстративно кивнула на Тата, – он так никогда и не вырастет!

Елеафам перевел недоуменный взглядс Тата на Ирку… и вдруг хихикнул. Даже на невозмутимой физиономии Шена мелькнуло что-то вроде улыбки.

Огненный змей Татльзвум Ка Рийо Лун думал. Он думал так долго и мучительно, что выражение лица стало отрешенно-идиотским, каким у Айта не бывало даже в бытность его Пеньком. И наконец до него дошло.

– Я виноват?! Я великовозрастный недоросль?! – прошипел он.

– Конечно недоросль, – безмятежно подтвердила Ирка. – Ты ж даже свое мнение озвучить не можешь, только и способен, что чужие фразы повторять!

Тат взревел. А дальше сделал то, чего и ожидалось от великовозрастного чешуйчатого недоросля, – дохнул на Ирку огнем. Ирка выплеснула в него напиток из чаши с затаившейся на дне духом-удельницей, меняющей судьбу. Ярко-красная жидкость и оранжево-желтая струя пламени столкнулись друг с другом… и это и впрямь было самое необычное зрелище, какое Ирке случалось видеть. В воздухе завис вроде как нарисованный человечек – округлые ручки, ножки, голова… Огонь ударил точно в середину этой схематичной фигурки… расплескался во все стороны жгучим фейерверком искр… и вот тогда ИХ стало видно. Тех, чье присутствие Ирка ощутила, как только вступила в потайное убежище в скале, тех, чьи затаенные, исподтишка, взгляды заставляли чесаться кожу между лопатками, и кого не видели и не чуяли ни Великий Грэйл Глаурунг, ни полудраконица Криза, ни Тат с компанией.

Вся крохотная комнатка была наполнена тенями горбатых длинноруких существ, судя по болтающимся чуть не до колен обвислым грудям – женского пола. Тени прятались под столом и креслами, мелькали на потолке и стенах, таились по углам. Крохотные, как пятнышки темноты, и огромные, расползшиеся по всей стене, только тени, одни лишь тени, они вырастали словно из ниоткуда и обрывались, точно обрезанные ножом у невидимых ног. И тени эти медленно и настороженно придвигались все ближе не только к Ирке, но и к троице змеев.

– Интересное кино… – Ирка отступила перед их вкрадчивыми перемещениями.

– Интересно тебе! – продолжал кипятиться Тат. – Я тебя просто сожгу, посмотрю как тебе будет интересно!

– Не всех девчонок еще сжег? – рассеяно бросила Ирка, приглядываясь к тянущимся к ней по стене длинным когтистым лапам.

Тат взревел, явно намереваясь выдохнуть новый клуб пламени… и тут же поперхнулся от короткого удара по шее, давясь собственным огнем и черным дымом.

– Заткнись, Тат, – так же рассеяно обронил Шен, аккуратно водя рукой над ближайшей тенью.

– Что ты себе позволяешь, жалкий Мин! – заорал неукротимый Тат.

– Тебе сказали – заткнись! – с другой стороны рявкнул Елеафам, тоже протягивая руку к тени… и тут же коротко пронзительно вскрикнул. Его ладонь покрылась черной драконьей кровью, сочащейся из глубоких борозд от когтей.

– Прижги, быстро! – скомандовала Ирка.

Не раздумывая и не тратя бесценных мгновений на вопросы «а почему, а зачем», Елеафам коротко дохнул огнем на собственную ладонь. Рана вскипела мерзко пахнущей слизью.

– Шешу, еще и кусаются! – тоже отдергивая руку, вскричал Тат. – Щас я их… – азартно крикнул он и… начал меняться. Бронированная черно-красная грудь поперла на Ирку… Между ней и разрастающейся тушей дракона оказался Шен. Ирка прыгнула, решив, что лучше вывалиться с балкона на глазах у гостей, чем быть расплющенной драконьей задницей. Навстречу Ирке метнулась тень… Ведьмочка рванула из волос цветок аконита-тои и с размаху хлестнула над тенью. Видно, попала – из пустоты раздался пронзительный скрипучий вопль…