Существа упали, забившись в конвульсиях. Запоздало человек в сущности демона, вспомнил, что ему необходимо обезглавить вампиров, иначе они снова поднимутся, едва мертвые клетки регенерируют. Но добивать нечисть было поздно: из тумана выступили новые, еще и еще. Сколько их было, Вацлав не мог и сосчитать. Он принял единственно верное решение и рванулся назад, к Трайлетану, под защиту огня. Перемахнув через пламя, опустился рядом с всадником, силясь вернуть себе прежний облик. Теперь ему нужна была совсем иная сила, заключенная не в мощи демона, а в даре мага. Только упрямая сущность никак не хотела подчиняться.

– Принесите мне ребенка! – выкинув руку и указывая на пещеру, защищенную пламенем, неистовствовала Смерть. А за спиной раздавались отчаянные крики. Вацлаву было ясно, что со Стефой что-то не так. Совсем не так. Но сейчас он ничем не мог помочь Валеске, разве что, не пустить внутрь Смерть, иначе это был бы приговор для ее сестры.

– Вот попали, так попали! – сипло заметил Трайлетан.

Вацлав согнулся, уперев ладони в колени, прогоняя демона из себя, приказывая ему уйти. Но демон протестовал.

– Что с тобой? – едва бросил взгляд на друга всадник.

– Не мешай! – огрызнулся князь. Он сосредоточился на мыслях о Валеске. Представил себя человеком и ее, такую хрупкую, прекрасную, рядом с собой. Представил свои человеческие руки, которыми хотел обнять девушку, ее губы и поцелуй полный страсти…

Демон стал успокаиваться. Трайлетан видел, что Вацлава сейчас трогать не стоит. Ему нужно было совсем немного времени, чтобы прийти в себя.

«Справлюсь и сам!» - подумал всадник.

Тем временем, твари не оставляли попыток пробить защиту, то и дело бросались вперед, прямо на стену из огня, чтобы тут же, с яростными воплями, отпрыгивать назад. У одной из ночниц вспыхнули волосы. Истошно завизжав, нежить побежала прямиком в лес и исчезла в тумане, но остальные продолжали атаковать. Вскоре в Трайлетана полетели камни и палки. Кто-то даже швырнул нож, и всадник нахмурился, понимая, что это лишь малая проблема, ведь та, кто направляла нечисть, стояла на границе между туманом и поляной, глядя провалами глаз на происходящее и выкрикивая указания. Существо не спешило уводить свою армию и это настораживало всадника.

«Она кого-то ждет!» - понял он, поджигая очередной костер, заставляя его разгореться с новой силой. Взмах руки и пламя поднялось к небу, опалив протянутую руку бескуда. В тот же миг что-то тяжелое легло на плечо Трайлетана, заставив его резко повернуться назад.

– Пришел в себя! – произнес он, увидев Вацлава, находившегося в своем человеческом обличье.

Князь ничего не ответил, лишь выкинул вперед руку, ударяя воздушной волной в крадущуюся тварь. Ночницу отшвырнуло с такой силой, что она, перекувыркнувшись в воздухе, исчезла в тумане в нескольких шагах от Смерти, следившей за защитниками пещеры.

– Эта карга что-то задумала, не иначе! – проговорил Трайлетан, затем покосился на друга. – Три дня! – добавил он тихо. – Нам столько не продержаться!

– Продержимся, - упрямо отозвался князь.

– А если Смерть приведет еще парочку таких великанов, которым не страшны преграды?

Оба мужчины повернулись назад, едва заслышав очередной крик роженицы.

– Как она там? – проговорил Вацлав.

– Стефа? – уточнил Трай.

– Валеска! – ответил князь.

– Если продержимся, то скоро узнаешь! – вздохнул всадник. – Девчонка не может рожать бесконечно!

Князь тихо рассмеялся.

– Ты мало знаешь о родах, мой друг! – заметил он, чуть успокоившись.

– Не знаю и знать не хочу! – отозвался Трайлетан. – Ты лучше посмотри, почему нечисть перестала ломиться к нам в гости?

Князь хмыкнул. Действительно, вот уже несколько минут они стояли спокойно, а твари, призванные Смертью, отошли назад, сверкая злыми взглядами. Сама же фигура в черном снова растворилась в тумане. А затем они услышали крик. Но это не был крик Стефы или вопль Смерти, нет – это плакал младенец, разрывая пространство под каменными сводами, своим резким, полным жизни, криком.

Мужчины переглянулись и князь, не удержавшись, улыбнулся.

А затем все пошло не так.

Стефа разрешилась от бремени и теперь на моих руках лежал мальчик. Красивый, здоровенький малыш с очень сильными легкими и ножками, которыми он постоянно сучил, не давая как следует запеленать его и закутать в одеяло. Сейчас, глядя на сестру, я испытывала умиление и некоторую гордость за себя и за то, что это я, а никто другой, помог ей родить.

Признаюсь, было страшно. Кажется, я не боялась так, когда отправилась на охоту с Вацлавом! Видеть мучения любимой сестры и не знать, как облегчить ей боль – нет ничего ужаснее на всем свете.