Мой взгляд упал ему за спину, туда, где живой младенец лежал подле мертвой матери, и эта картина скрутила в узел желудок, так некстати грозясь вывернуть его наизнанку. Я шумно втянула воздух и попятилась прочь от Арона.

– Правильно говорила твоя мать – ты исчадие ада! – продолжал мужчина. – Только Стефа верила тебе…

– Ты виновен не меньше меня! – проговорила я тихо. – Я ведь предупреждала тебя о зелье!

– Ты и только ты должна была находится рядом со Стефой! Тогда она бы не умерла! – выплюнул он зло. Рыдания в его голосе переплелись с ненавистью ко мне, той, которую он посчитал виновной во всех несчастьях.

«Я жду!» - пронеслось в голове шипящее. Смерть захихикала.

– Иду! – ответила я вслух и, прижав к груди малышку, быстрым шагом направилась к выходу из пещеры, туда, где Трайлетан в одиночестве сторожил костры, оберегая нас от тварей и еще не догадываясь, что все кончено. Никто больше не нападет на нас, Смерть добилась того, что хотела. Все попытки спасти сестру оказались напрасны.

«Я рада, что ты наконец, поняла это!» - прошумело в голове.

Арон бросился за мной, и я перешла на бег, опасаясь не упасть с ребенком на руках.

– Стой, ведьма! – крикнул свояк, но я припустила еще быстрее и почти упала в руки всадника, вышедшего мне на встречу. Он едва взглянул на меня, как понял все, или догадался, что не просто так я с ребенком на руках убегаю от родственника. Толкнув меня себе за спину и не задав ни единого вопроса, сказал:

– Делай, что нужно! Я задержу Арона!

– Только не причиняй ему вреда! – взмолилась я. – Это от горя он не в себе!

Трайлетан только усмехнулся, но как-то криво. Правда я не усомнилась в том, что Арона всадник не тронет. Разве что немного намнет бока и то в худшем случае, если обезумевшего от потери любимой жены мужчину не удастся остановить быстрее и менее болезненно.

– Не тронь! – бросила еще раз, прежде чем шагнула меж костров, укрывая дитя от пламени. Только, странное дело, огонь, словно живой, сник, прижавшись к земле, будто ластящийся щенок. Не коснулся меня, не обжег.

«Словно ждал, когда я выйду!» - подумала я.

Смерть вышла из тумана. Дождь и гроза стихли и всполохи раздавались где-то поблизости, но в стороне, над лесом. Существо таилось в тени, и я видела только черный силуэт, высокий и мрачный, с клоками седых волос, так напоминавших толстую разорванную паутину огромного паука.

– Иди за мной! – поманила Смерть и не дожидаясь, пока я подойду ближе, шагнула в туман.

Я было замерла. Младенец в моих руках пошевелился, затем открыл глаза – совсем человеческие, пронзительно голубые, и заплакал так, как положено плакать новорожденному. Сердце сжалось в груди, и я застыла в нерешительности, готовая попятится назад и уже почти сделала шаг, чтобы вернуться в спасительную пещеру, где Трайлетан скрутив руки горе-отцу, толкал его в темноту, туда где плакал второй ребенок, но тут в голове раздался голос Смерти:

– Иди за мной. Назад пути нет. То, что рождено быть тьмой станет ею в любом случае. Я же даю тебе возможность узнать то, что скрыто и вернуть назад князя.

Сглотнув вязкую слюну, снова посмотрела на малышку, тихо покачивая ее на руках.

Девочка тоже смотрела на меня, но больше не плакала. Ее глаза зияли черными провалами и это послужило толчком двигаться дальше.

Шаг…другой…

Плотная паутина тумана обступила меня со всех сторон, обхватила скользкими, липкими пальцами, влажная, холодная. Захотелось повести плечами, встрепенуться, чтобы прогнать это неприятное до тошноты, до спазмов в желудке, ощущение, но я шла вперед, и младенец на моих руках удивительным образом затих.

– Сюда! – поманил голос, и я повернула на звук, сделала еще несколько шагов и неожиданно вынырнула на маленькую лесную поляну, посередине которой горел огромный костер и несколько мужчин в балахонах сидели у пламени, а их лошади, с горящими красными глазами, паслись неподалеку, выдыхая дым из широких ноздрей. Смерть сидела спиной ко мне, но не ее я искала взглядом.

«Вацлав!» - проговорила тихо. Огляделась, пытаясь отыскать князя, но лес, темный и удивительно спокойный, молчал. Даже ветер не играл в осенней листве. Вокруг царила глубокая тишина, нарушаемая лишь треском мертвого пламени и дыханием лошадей. Я почти сразу поняла, куда забрела.

– Иди к нам, - приказала Смерть. – Садись рядом, и мы поговорим.

Прижимая крепче к груди младенца, я двинулась к костру.

– Где Вацлав? – спросила спокойно.

– Не переживай! Я отдам тебе твоего князя, - отозвалась Смерть. – Все равно, дни его уже сочтены…

– Что? – вскрикнула я.

– Не кричи так, глупая ведьма, - существо изволило оглянуться. – Садись рядом и послушай меня.

Я приблизилась с опаской поглядывая на сопровождение госпожи тьмы, но Смерть лишь взмахнула рукой, как исчезли и они, и их жеребцы. Мы остались одни.