Зато Северский все понял и ощутил некоторое беспокойство.

Казалось бы, какое ему дело до личной жизни Кузьминой, но нет. Внутри зрело что-то колючее, острое, каждый раз впивавшееся в сердце, когда он видел, как Влад касается Лады.

Интерес? Влюбленность?

Мужчина усмехнулся. Ему слишком много лет, чтобы обманывать себя и не понимать, что происходит. И если быть откровенным, ему стоило отступить, но его просто тянуло к Ладе. Да, он делал вид, что она ему безразлична как женщина. И он действительно хотел верить в это, но не верил.

Остановившийся лифт раскрыл свои двери, выпуская куратора на нужный этаж.

Почти сразу он почувствовал Глеба и Лаврентия. Кураторы прятались в темноте, скрывшись за невидимой стеной, незаметной для обычных людей и для темных, но не для Северского.

— Выходите, — велел он и воздух рядом с дверью в квартиру Кузьминых заколебался, выпуская двоих младших кураторов.

— Доложите обстановку, — проговорил Демитр, хотя уже и так знал ответ. Все тихо. Все в порядке.

— Вроде все нормально, господин куратор. У Кузьминой сейчас в гостях домовой. Пьют чай в кухне.

— Федор вас уловил? — уточнил Северский, чтобы проверить мастерство своих людей.

— Нет. Но я… Глеб шагнул вперед.

— По-моему это все пустое, — остановил было Глеба Лаврентий, но тот взглянул на Демитра и сказал:

— Несколько дней назад я точно ощутил колебания. Просто колебания.

— Почему не доложил? — спросил Северский хмурясь.

— Я, как старший, велел не отвлекать вас от дел подобными мелочами, — тут же сказал Лаврентий. — Перемещение Федора могли вызвать эти колебания. Они совпали с появлением домового к квартире. Всегда, когда он приходит, происходит нечто подобное. Уж кто, а вы это знаете.

Глеб сдвинул брови.

— Колебания были сильнее. Но да, Лаврентий прав. Я зафиксировал их вместе с появлением Федора. Но утверждаю, они были сильнее.

— Какие предположения? — изогнул бровь старший куратор.

— Полагаю, некто проник в квартиру одновременно с домовым, прикрываясь появлением Федора, — ответил быстро младший сотрудник.

— Доказательства? — довольно резко высказался Лаврентий.

— Я почувствовал… — ответил было Глеб, но тут же затих.

— Хорошо. Я буду иметь в виду, — стараясь не повышать тон, произнес Демитр. — Но если подобное повторится, сообщите мне.

— Да, господин куратор. А так, все тихо, — отрапортовал Глеб. — Отчет будет завтра на вашей почте.

Северский кивнул и подошел к двери. В какой-то момент его охватило желание поднять руку и позвонить. Затем зайти в квартиру, чтобы просто пообщаться с матерью Кузьминой. Возможно, расспросить ее о том, какой была Лада в детстве, что любит, чем увлекается.

Но почти сразу мужчина понял, насколько нелепо это желание.

Отступив назад, он кивнул на прощанье своим людям и еще до того, как они вернулись на свой пост, взмахом руки открыл портал и вошел в темноту, чтобы выйти уже в своем кабинете в академии.

Почти сразу на его телефон поступило сообщение.

Демитр достал мобильный, открыл почту и прочитал несколько строк.

Писала Ядвига. Она приглашала его к себе в кабинет.

«Надо поговорить! — написала яга. — Как только получите сообщение, жду вас у себя».

Недолго думая, Демитр снова открыл портал и переместился к деканату, где его уже ждали.

Из-под закрытой двери лился мягкий свет. Постучав, Северский вошел внутрь и увидел, что за столом сидят трое. Напротив Ядвиги устроились профессор Добрый и Соловей Одихмантьевич.

— А вот и наш куратор! — проговорила яга, поднимая взгляд на Диму. — Надеюсь, я вас не отвлекла от важной работы? — спросила она, жестом приглашая мужчину присоединиться к их скромной компании.

— Нет. Я совершенно свободен, — сказал Северский и подошел ближе.

Щелчок пальцев и рядом с ним появился стул.

— Присаживайтесь, — мило улыбнулась яга.

— В чем причина данного собрания? — уточнил Демитр, приветственно кивнув мужчинам.

— Вы мне нужны. Все трое, — ответила Ядвига. — Хочу сделать небольшую вылазку на территорию врага. Но мне понадобится защита и ваши силы, — она обвела взглядом собравшихся.

— Мои дамы, подчиненные из академии ягусь, — она усмехнулась, — отыскали вещь, прежде принадлежавшую последнему из темных кузнецов. А вы знаете, что все они связаны кровными узами. Значит, — веско заметила женщина, — мы сможем отыскать нового темного кузнеца, если таковой существует.

— Хотите рискнуть? — спросил Добрый.

— Да. Я готова. Я, как никто другой, верю в ключи и в то, что нам грозит опасность. Озеров глуп и слеп. Все, что его волнует, это отсутствие скандала вокруг академии в преддверии важных соревнований. Статус заведения и прочее.