– Если вам так угодно, – не стал больше спорить Терегул. – Я все подготовлю и пошлю вам весточку.

– Хорошо, – с легким сердцем кивнула султанша и, обходя его, чтобы покинуть мечеть, бросила: – Поторопись.

Поместье близ Стамбула.

С наступлением вечера Нилюфер Султан могла, наконец, исполнить задуманное. Она все точно рассчитала, надеясь не повторить прошлых ошибок. Чтобы не допустить ее побега, Коркут-паша окружил дом охраной, а руководить этим отрядом оставил своего подручного Демира-агу. Поначалу этот человек показался ей суровым и неприступным. Он никогда не смотрел ей в глаза, если они чудом встречались в доме, и ни при каких обстоятельствах не говорил с ней.

Но пребывание в одном доме на протяжении нескольких месяцев сделало свое дело. Демир-ага заметно смягчился к своей подопечной, вызнал ее привычки и предпочтения. Он знал, что султанша любит плов, и наверняка это по его приказу его подавали на стол трижды в неделю. Ему было известно, что ранним утром она любит гулять, без возражений позволял выйти во двор и неустанно следовал за ней.

Однажды он без предупреждения оставил у дверей ее комнаты лук с колчаном стрел, верно, заметив, как накануне она тоскливо покосилась на тренирующихся в саду охранников, которые таким образом коротали время. Конечно же, лук он забирал сразу после прогулки.

Демир-ага стал ее тенью, и если Нилюфер Султан вскоре перестала его замечать, то мужчина, напротив, все больше замечал в ней самой. Он был предан своему хозяину, но все-таки был живым человеком со своими чувствами, мыслями, переживаниями. Так уж задумано природой, что мужчина, который вынужден длительное время находиться рядом с привлекательной женщиной, рано или поздно ощутит к ней влечение.

Это с ним и произошло. Поначалу он даже не отдавал себе отчета в том, что поглядывает на нее чаще обычного. Не задумывался, почему старается угодить или порадовать и отчего на душе становится так темно и пусто, когда паша переступает порог ее комнаты и запирает за собой двери.

Его все это мучило, но Демир-ага был человеком волевым и жестким, потому даже самому себе не давал спуску. Он давил в себе свои неожиданно вспыхнувшие чувства и безжалостно заставлял себя отводить от нее глаза, держаться в стороне и никак не демонстрировать своей недопустимой привязанности. Причиной тому была и его верность Коркуту-паше, и страх перед ним.

Наверное, он был единственным, кто в полной мере сознавал, насколько глубоко привязан его господин к Нилюфер Султан. Столько лет он был свидетелем его метаний, ярости и злобы, пока паша гонялся за бежавшей женой и раз за разом обрушивался с войной на Геную, королевой которой ей довелось стать. Он был одержим ею. Неизлечимо болен. И узнай он о том, что его преданный слуга посмел полюбить женщину, которую он сам никак не мог выбросить из сердца, он обрушится на него со всей яростью и заберет его никчемную жизнь.

Демиру-аге казалось, что он неплохо справляется, и его чувства остаются в тайне от всех. Разумеется, он не учел по незнанию, что женщины всегда чувствуют такие вещи. Нилюфер Султан быстро распознала в нем тлеющее желание, но ей было не до этого, учитывая, как много душевных сил у нее забирали частые визиты Коркута-паши.

Она бы и дальше делала вид, что ни о чем не ведает, но этой ночью решилась использовать любовь Демира-аги для своего побега. Ей даже не было его жаль, ведь когда ее пропажа обнаружится, паша придушит его голыми руками. Нилюфер Султан настолько измучилась в этом плену, так хотела воссоединиться с любимым мужем и детьми, которых взрастила подобно родной матери, что ее уже ничто не могло остановить. Она была готова на все.

Зная, что вскоре должен приехать паша, Нилюфер Султан приступила к воплощению своего рискованного плана сразу же после захода солнца. Наскоро съев принесенный ей ужин, женщина обратилась к рабыне, которая пришла забрать поднос:

– Демир-ага, где он?

– Внизу, – озадачилась девушка, застыв с подносом в руках. Раньше госпожа никогда с ней не заговаривала. – Вам нужно чего-нибудь?

– Что-то голова разболелась, – Нилюфер Султан картинно поморщилась. – Я бы хотела выйти во двор, подышать свежим воздухом. Ты передай ему, что я спущусь через минуту.

Поклонившись, рабыня вышла из комнаты, а султанша, перестав притворяться спокойной, рванулась к сундуку, который стоял в углу комнаты, быстро-быстро выпотрошила его и достала заранее приготовленный мешочек, в который сложила все подаренные ей пашой драгоценности. Их она продаст, чтобы нанять в порту корабль и морем перебраться в Геную. Мешочек был небольшим, поскольку украшений скопилось не так уж много, и ей удалось крепко привязать его шнурком от плаща к ноге под платьем. Ненадежно, но другого варианта не было.

Она уже набрасывала поверх платья плащ, когда в комнату вдруг вошел хмурый Демир-ага и скептично оглядел ее с головы до ног.

– Мне сообщили, что вы вознамерились выйти на прогулку.

– Так и есть, – ответила Нилюфер Султан, притворившись вновь, что испытывает недомогание. – Голова раскалывается. Надеюсь, что несколько минут на свежем воздухе избавят меня от боли. Вы что же, не позволите мне выйти?

Демир-ага с недовольством сжал губы, но пошел на уступку.

– Только на несколько минут и в моем сопровождении. Паша вот-вот явится. Мне сильно достанется, если он увидит, что я нарушаю установленные им правила.