Шрифт:
– Второй день.
– Не так уж и долго...
– Но я здесь не по своему желанию!
– срываюсь на крик и глухо выдыхаю. Он не слышит меня. Не слышит и не хочет слышать. Что с ним не так? Почему он так спокоен?! Неужели, всё что сейчас происходит - в порядке вещей?!
– Не ори, - пренебрежительно отмахнулся от меня. Будто влепил пощёчину. Я оторопела. Я была в отчаянии и бешенстве. Это просто не умещалось в моей голове. Это... неправильно.
– Давно он уехал?
– Не знаю, - опускаю голову, понимая, что в спальне нет часов, а после его ухода я заснула, - я спала.
– Печально...
– Зачем ты приехал, Кость?
Действительно. Зачем? Навестить брата? Или он что-то знает?
– Отец попросил.
– Отец?! Кость? У тебя же есть телефон? Ну...
– язык наливается свинцом. Каждое слово даётся с трудом, потому что... я не могу понять, что это за человек? Мне кажется, что тот Костя, с которым я познакомилась тогда, и тот, что сидит напротив сейчас — два совершенно разных человека, - я понимаю, что в полицию ты не позвонишь... но, давай хотя бы отцу твоему позвоним? Всё ведь можно уладить и без полиции?
Что я несу? Я нагородила такой чепухи, что мне самой от своих слов становится дурно. Но у меня пока нет выбора. И неизвестно, будет ли вообще.
– Ты понятия не имеешь, о чем просишь...
– Так... объясни мне?
– Я поговорю с Игой, - решительно. Будто только что он решил задачу, над которой корпел не один день. Задумчиво свёл на переносице тёмные брови и поджал губы. Боже... как они похожи...
– Поговоришь? Серьёзно?
– не в силах найти себе места, я вновь меняю положение, усаживаясь на колени. Мою руку скручивает, и с губ срывается шипение. Больно. Бинты не спасают.
– Думаешь, он послушает тебя?
– Не знаю.
– Качнул головой и едва заметно ухмыльнулся, - ты... не замечала в последние дни за ним никаких странностей?
– То есть?
– То и есть...
– он по-прежнему хмурит лоб. Полные губы превратились в тонкую, почти белую полосу.
– Не знаю... он всегда был странным. Но так, чтобы из ряда вон: нет.
Его многозначительный взгляд пугал. Нутро подсказывало мне, что Костя что-то знает. Знает, и его самого это пугает.
Но хотя бы то, что его брат пошёл со мной на контакт, уже обнадеживало. Не сильно, но это лучше, чем ничего.
– Костя?
– М?
– отстранённо. Скользя тяжёлым взглядом по моей прикованной руке.
– Расскажи мне? Что с ним?
– Он болен, Ясь.
– столь стремительный ответ выбил из шаткого равновесия. Гудящее в груди волнение норовило превратиться в настоящую истерику, - он же рассказал тебе.
– Я надеялась, что...
– В принципе, он не опасен, - перебивает меня, перехватывая взгляд, - раньше я боялся. Сейчас... переборол что ли? Он может быть агрессивен, но если он пьёт свои таблетки, то вполне себе, - я коротко киваю, вспоминая, что видела какие-то таблетки, которые выпали из его кармана.
– Нейролептики.
– Угу. Глюки бывают у него. Не скажу, что сильные... он время от времени ложится в больницу. Частная клиника. До этого был пиздец... первые два раза его отправляли в обычную психушку. Ну, государственную. Я мелкий был ещё. Но там к ним отношение хуже, чем к скоту было. Отец, например, до сих пор его симулянтом называет. Не хочет верить...
Я не перебиваю. Слушаю, открыв рот. Впитываю каждое слово, потому что мне это нужно. Потому что сейчас я готова слушать. А Костя готов говорить. О том, о чём ему, кажется, говорить было не с кем.
...
– Не помешал вам, голубки?
Тихий, до странности спокойный голос Игната ворвался в комнату и заткнул рты мне и Косте. Я тяжело сглотнула и впилась зубами в нижнюю губу. Почему-то только сейчас вспомнила о пересохшем горле и о стакане с водой, который он оставил здесь перед своим уходом. Только вот решимости взять его в руки не было. Не тогда, когда серый океан его глаз пронзает тебя насквозь.
– Я вообще-то, к тебе приехал, - наигранно обиженный тон Кости ни капли не расслабляет. Ни меня, ни его самого. Я вижу, как тот напрягся, поднимаясь с кровати, и становясь напротив своего брата, - А тут: на тебе... к ролевым играм пристрастился?
– Что ты тут забыл?
– Разговор есть.
– Не время, - огрызается, продолжая стискивать челюсти. Ещё один короткий взгляд в мою сторону, и его хватает, чтобы я сдвинулась и прижалась спиной к изголовью.
– Ига, это быстро. Но важно.
– Ты морали мне читать будешь, сопляк?
Брови Игната взмывают вверх. Я замечаю, как его пальцы сжались в кулаки. На пару мгновений. Потом разжались и снова повторили это движение. Становилось не по себе. Он зло сверкнул глазами и неуловимо шевельнул уголком губ.