Теперь я чуть более внимательно вслушалась в их диалог. Да, опыта и знаний у меня не было, но я заметила одну интересную деталь, которая могла оказаться очень важной: глава «Норден Ист» постоянно тыкал нас носом в тот факт, что я подписала договор. Но он не разу не сказал, что его подписали «мы».

Да, банковского рынка я не понимала, но я знала людей. А умные люди никогда не врут напропалую, они стараются избегать лжи, говоря фактами в обход.

— Господа, — мило улыбнулась двум мужчинам, — предлагаю сделать небольшой перерыв в переговорах. Я попрошу вас заказать нам вина. Красного, сухого. А сама удалюсь в дамскую комнату буквально на мгновение.

— Вы уверены? — Мне показалось, или Вадим случайно решил, что я сбегу?

— Вадим Владимирович, не будем ведь задерживать даму, — Лучинович галантно поднялся со своего стула вместе со мной.

— Надеюсь, дама и сама не будет задерживаться, — с подозрением поджал губы Ермак, но тоже поднялся, пока я выходила из-за стола.

Я старалась не бежать в туалет, а аккуратно шагать, чувствуя на себе тяжелый взгляд серых глаз.

— Пради-и, — протянула в телефон, как только за мной захлопнулась дверца уборной, — соберись, малыш! У нас есть пять минут на то, чтобы провернуть нечто очень важное.

У фамильяра дома был собственный телефон, на случай, если мне нужна от него помощь, а наш, так сказать, ментальный канал, будет занят другим.

Вкратце описала всю ситуацию, к которой Пради отнёсся весьма серьёзно: он ценил некие устои морали и чести, хоть и был мелким алкашом и пошляком. По его мнению, за ошибки надо отвечать, неважно перед кем.

— Ты на громкой? — Нервно отбивала ритм мысом туфли.

— Сак сочно! — Прошепелявил в ответ, — тину кинул на Покров, чё дальше?

— Теперь бери флакон с танталом — вторая баночка слева, — пока давала инструкции своему верному помощнику, проверила ещё раз, нет ли здесь лишних ушей, — высыпай совсем чуть-чуть, на коготок.

Времени действительно мало. Наверняка обратят внимание, если задержусь надолго. От Пради требовалось стать проводником между мной и Гримуаром. Если бы все компоненты были у меня с собой, я бы и сама сделала необходимую смесь, но, с этим сейчас охая и пыхтя медленно, но верно, пытается справиться трёхкилограммовый фенёк.

— А как ты справишься с потоком Силы на меня? — Весьма дельно заметил Пради, когда закончил под грохот и звон чего-то разбивающегося таскать всё, что я просила.

— У меня с собой красная трава, — я уже успела сделать самокрутку.

— Дин, — вдруг позвал тихим голосом друг, — я не против, если ты воспользуешься когтем ворожеи. Правда не против. Я ведь знаю, как тебе плохо от краснухи.

Я окаменела. Я специально не хранила их дома, чтобы не расстраивать Пради. Это слишком жестоко. И, если бы я проглотила хоть один, он бы тоже учуял. И начал бы бояться меня.

К сожалению, в истории были жестокие ведьмы, которые убивали своих же фамильяров ради высвобождающейся силы. Мы оба знали, что я не такая, что я за Пради жизнь отдам, но его природный страх на уровне инстинктов был понятен. А сейчас он согласился, чтобы его оживший кошмар воплотился в жизнь.

— Пради, я справлюсь с красной травкой. Поверь, милый.

— Спасибо… — Прошептал фенёк, — ну-с, приступим?

Свой телефон на громкую связь ставить не решилась. Мало ли. Но всё же положила на стойку возле раковины.

Завязала волосы в пучок, чтобы не сильно пропахли, и подожгла вонючую самокрутку. Зажимая её между зубов, щурясь от едкого дыма, опустила руки в бегущую ледяную воду, нащупала связывающую нас с Пради нерушимую нить и начала вливать туда свою Силу. Всю, которую, благодаря красной траве, удалось найти у себя в дырявых закромах.

Заклинание было направлено на то, чтобы увидеть волнующие меня события. Вообще, заглянуть в прошлое не составляет труда. Все движения, все слова, мысли, чувства — это энергия. А энергия никогда не уходит в никуда, она витает в воздухе информацией. Просто надо взять и посмотреть. Вот только загвоздка в том, что этой информации бесконечно много накопилось за тысячи лет. Если взглянуть сразу на всё — поедет крыша. Вот для этого и нужен ритуал, который направляет взгляд. И сам предмет, а именно тот злосчастный договор, которого касались мы оба с Лучиновичем.

Я видела, как подписывала его, но не тогда, когда пряталась дома, а чуть раньше. Его мне притащила глупая секретарша. А ещё ранее эти бумаги подписывались незнакомым мне человеком, с рыхлым лицом, а Лучинович просто стоял рядом, держа в руках лист с разными вариантами его подписей.

Возвращалась я уже в полной боевой готовности. Чуть не села мимо стула из-за долбанной травы, но всё же выдавила улыбку своим собеседникам.

Лучинович, почувствовав свою близкую победу, поднял тост «за прекрасную даму». Я радостно отсалютовала в ответ чуть трясущейся рукой, под вопросительный взгляд Вадима.