— Поиграешь со мной? — Спросила Лина.

Грэхем кивнул. В этот момент суровый генерал был готов на все: играть в песке, прыгать на скакалке, или бегать в догонялки. Она подала ему маленькое пластиковое ведерко и лопатку. — Будем строить дом.

Грэхем уселся рядом с ней и принялся насыпать в ведерко теплый песок, понимая, что это занятие самое интересное из всего того, что он делал за последние годы. Девочка внезапно замерла, нахмурив брови.

— У меня есть мама, — сказала она. — Есть папа, и бабушка.

Она смешно загибала пальчики, пересчитывая членов своей семьи.

— Только бабушка сейчас далеко, — продолжила она. — Но мама говорит, что мы поедем к ней в гости.

Грэхем кивнул, не сводя с нее глаз.

— Давай, ты будешь моим дедушкой! Хочешь?

— Хочу, — прошептал он. — Хочу!

Она радостно захлопала в ладошки. Он почувствовал, как по щеке бежит непрошеная слеза, и смахнул ее рукой.

— Не плачь, дедушка! — девочка поднялась, шагнула в его сторону и обняла старого генерала, пытаясь утешить. — Я тебя не дам в обиду.

Он лишь судорожно вздохнул в ответ, обнимая маленькое тельце.

***

— Наша дочь не теряет времени! — улыбнулась я.

— Что ты имеешь в виду? — Рик удивленно воззрился на меня.

— Она уже нашла себе дедушку! — я прыснула. — И у них полное взаимопонимание.

Рик поднялся с места и двинулся в сторону выхода. Зип последовал за ним.

— Что случилось? — шепотом поинтересовался Сью. — Куда это они?

— Приехал генерал Грэхем. Он с Линой, строит замки из песка.

Сью засмеялся. — Она похожа на тебя. Ты тоже никогда не испытывала трепета перед начальствующими особами.

— Нет, Сью. На меня она, к счастью, совсем не похожа.

— Похожа. Уж мне то со стороны виднее, поверь, подружка!

— Скажи ка мне, ясновидящий, — я шутливо толкнула его кулаком в плечо. — Как здесь оказались вы с сержантом?

— Вернулись, — он улыбнулся. — Вышло так, что дома нам не нашлось места. Родных и друзей нет в живых, да и дома самого нет. Мы узнали, что базы сначала хотели законсервировать, но потом передумали. Решили оставить их в полной готовности, только оружие вывезли. Нужны стали люди, которые могли бы жить здесь постоянно. Мы с Зипом подали прошение. И вот мы здесь.

— Не тоскливо?

— Нет, — он покачал головой. — И скажу тебе по секрету, сержант даже завел подружку в ближайшей деревне.

— Ничего себе! — удивилась я. — А как у тебя на личном фронте?

— Я пока один. Меня все устраивает. Пустыня без непенов — райское место.

— У тебя не все в порядке с головой, — засмеялась я.

— Потому мы с тобой сразу подружились, — ухмыльнулся Сью. — Как говорится, рыбак рыбака…

— Да, — задумчиво произнесла я. — Сколько времени мы провели на этой кухне, сколько текилы было выпито…

— Сколько еще выпьем! — поддержал он, ставя на стол неизвестно откуда взявшуюся бутылку.

— Сью, не забывай, я теперь мама! Какой пример я подам дочери?

— Ай, да брось! — отмахнулся он, разливая по стаканам жгучий напиток. — Мы не виделись почти четыре года.

— Ты прав. — Я взяла в руки стакан. — К тому же, у Лины внезапно появилось столько новых родственников, что она про меня почти забыла.

— Пускай общаются, — грустно улыбнулся он. — Им еще предстоит привыкнуть друг к другу. Ну, давай!

Крепкий напиток обжег горло, и я невольно закашлялась.

— Так и не научилась пить, малявка! — Сью, смеясь, похлопал меня по спине. — Столько времени потеряно зря.

— Научусь, — я улыбнулась. — Наверное.

— Ничего не меняется в этом мире! — раздался за спиной насмешливый голос Рика. — Стоит только оставить эту парочку без присмотра, и они тут же хватаются за бутылку!

Он приподнял меня и усадил себе на колени. Я воткнулась носом в его шею и счастливо вздохнула. Ничего не меняется. И пускай все так и будет.

Границы были уже открыты и у меня появилась возможность покинуть эту страну. Мы направлялись в Канаду.

— Будешь скучать по пустыне? — поинтересовался Рик, сидя в салоне летящего самолета.

Я пожала плечами, глядя через стекло иллюминатора вниз, на бескрайние желтые просторы.

— Раньше я думала, что нет. Но сейчас сомневаюсь.

Я взглянула в его глаза, так похожие на раскаленный песок и невольно улыбнулась. — Как ни крути, здесь прошла огромная часть моей жизни