— Я думал, ты будешь за воротами продавать всё.

— Я и продаю! — счастливо ответил он. — Ты даже не представляешь, какие деньги можно здесь сейчас сделать! Всё крутится, вертится, расходится и…

— Оставь мне одну лошадь.

— А? Одну, зачем?

— Чтобы ездить на ней, — объяснил я. — Как продашь всё и расплатишься за спасение, я двинусь дальше в сторону заката.

— Да-да, естественно, как иначе. Просто тут надо было документы занести, оплатить налоги за продажу и купить себе место в городе. Но даже с такими затратами ты не представляешь, какие доходы!

Представляю. У него остались вещи практически всех тех, кто с ним ехал. Двадцать шесть повозок с вещами прежних владельцев — я удивлён, что его пока никто не спросил, откуда всё это добро.

— Меня даже спросили, откуда это всё.

А нет, всё же поинтересовались.

— И что ты ответил? — полюбопытсовал я.

— Сказал, что на прошлый караван напали, всё это собрал по дороге. Не сказать, что они мне поверили на слово, но… деньги, — уже тише произнёс он, улыбнувшись. — Деньги, мой сильный друг, они решают если не всё, то многие вопросы.

— И сколько ты продал?

— Это только начало! Ну то есть, я уже продаю, но это займёт время. Послезавтра, думаю, смогу всё сбыть по хорошей цене.

— Это, надеюсь, не так, как с нашим путешествием и вечными двумя днями?

— Нет-нет, я же не проводник. А тут будь уверен, ни один засранец не кинет нас на деньги! К тому же многие готовы поделить даже ингредиентами, — поведал мне Умхи.

— Это разве не повод делать отсюда ноги, раз все так насторожены?

— Ничего не обогащает лучше, чем война.

— От которой лучше держаться подальше, — закончил я за него. — Ладно, Умхи, доставай ингредиенты по скорее, и распрощаемся.

— Конечно! Будьте уверены, что всё сделаю быстро! На для начала нам надо где-нибудь разместиться…

Постоялые дворы здесь были забиты все под завязку, но для Умхи, который был чистым торгашём, это было не проблема. Не прошло и часа, как тот уже договорился с хозяином какого-то небольшого дома, и мы получили, можно сказать, свою комнату. Правда располагалась она на чердаке, но зато рядом с печной трубой, которая давала тепло, и матрасом с чистой постелью. Нам даже еду организовали бесплатно.

Честно признаться, у меня не получалось вот так свободно себя вести, как это получалось у Умхи. Не хватало… какого-то чутья, которое бы помогло найти нужных людей, обговорить всё, где нужно надавить и сторговаться. Нет, я мог общаться с людьми, но всё же торговля и общение — разные вещи.

Даже взять пример сейчас: к вечеру он нашёл людей, которые были готовы купить одну треть лошадей и повозок, а заодно договориться и уладить вопросы со стражей по поводу налогуи история приобретения товаров (вещи, как его, так и прежних владельцев), которые разошлись по магазинам.

И это всё он мне хвастал, когда мы садились за стол к семье, состоящей из сразу трёх сыновей, мужа и жены. И если эти двое старались не смотреть на меня, дети с интересом рассматривали мою рожу, удивляясь моим глазам. Даже расспрашивали, откуда я, откуда мой странный зверь, который пришёл с нами, но я отделывался ничего не значащими фразами.

Куда больше меня напрягала ситуация в городе.

— Часто такое у вас происходит? — спросил я.

— Когда я была маленькой, такое было, — негромко ответила женщина. — Тогда дикари так же разбуянились да напали на один из городов. Но беда обошла нас стороной. Глядишь, и в этот раз обойдёт.

— Но они готовятся слишком усилено, — добавил мужчина.

­— В прошлый раз так же было, — ответила его жена.

— Нет, не было.

— Ну ты ещё поспорь со мной. Я жила здесь.

— Ты была ребёнком, — заметил он.

— И что? Это значит я тупая и ничего не помню? — начала заводиться она.

— Я не говорил, что ты тупая, — начал уже злиться её муж.

— А кто…

Я прокашлялся, чтобы обратить на себя внимание и оба тут же смолкли, будто ничего и не происходило.

Значит, подобное всё же уже было, но ничего страшного не происходило. Хотелось бы верить в это, но насколько я понял от Умхи, после захваченной деревни город был следующим на их пути. И я сомневаюсь, что если там войско дикарей, то им хватило одной деревни. Меня съедало определённое беспокойство, из-за чего я серьёзно подумывал свалить уже завтра, просто взяв лошадь и все деньги, что он выручил, забив на договор про ингредиенты.

Нет, я очень хотел их получить, понимая, что мне это просто необходимо, но боялся, как бы жадность не вышла мне боком.