Теперь Норман побежал. Не обращая внимания на боль.

Догнал Памелу. Они бежали бок о бок.

– Сюда, - выдохнула она.

Он последовал за Памелой, когда она обогнула один из трейлеров. Теперь пятидесятифутовая алюминиевая коробка стояла между ними и двумя маньяками с пистолетами.

Бах... бах-бах!

– Они все еще стреляют, - пропыхтел он.
– Придурки!

– Не рассчитывай на то, что они не попадут в нас. Стены трейлера как фольга.

Норман оглянулся. Памела была права. Бутс и Дюк, должно быть, снова стреляли с другой стороны. Пули пробивали хлипкие алюминиевые стены трейлера. Прямо насквозь, чтобы рикошетом отскочить от каменистой земли поблизости.

– И куда теперь?
– спросил Норман, прихрамывая на бегу.
– В дом?

– Нет, - взгляд Памелы был прикован к горизонту. – К холмам.

У Нормана болела нога. Змеиный яд кипел в мышцах. Он посмотрел на скалистые холмы, которые становились красными в лучах заходящего солнца.

Задыхаясь, он выдохнул слова.

– Памела. Не думаю, что у меня получится.

Глава 51

Норман осознал непреложную истину: "К вечеру я буду мертв".

Перспективы были не очень хорошие. Вот он бежит по кладбищу Питса вместе с Памелой. За ними гонятся Бутс и Дюк. Двое сумасшедших с оружием.

Безумцы с доказанной репутацией хладнокровных убийц.

Не-а. В итоге, все выглядит совсем не обнадеживающе.

– Ты должен бежать быстрее, Норман.
– выдохнула Памела, когда они выбрались с кладбища. Впереди на холме стоял старый дом. За ним – изрезанный скалистый ландшафт, усеянный ржавым шахтным оборудованием.

– Я бегу так быстро... как только могу, - Норман с трудом дышал.
– Змеиный укус. Больно... чертовски больно.

Памела, возможно, собиралась подбодрить его. Но обезумевшая парочка позади, пустившая в ход свои пистолеты, была единственным стимулом, в котором нуждался Норман.

Пули с жужжанием рассекали вечерний воздух, рикошетили от скал вокруг них или вгрызались в мякоть кактусов.

– Так-то лучше, - выдохнула Памела, когда Норман прибавил скорость.

Пот ослепил его, в боку заныло. Он рискнул оглянуться.

Бутс заметно отставала. Теперь она ковыляла по кладбищу, держась за бок. Одышка, как у Нормана? Или тот удар Памелы, наконец, пробился сквозь ее вялую – свинячью – нервную систему?

Дюк продолжал бежать изо всех сил. Стройный. Подтянутый. Мускулистый.

Этот парень не собирался так легко уставать.

Доктора твердили, что сигареты вредны, что они засоряют легкие и закупоривают артерии. Дюк курил без остановки. Но бегал он как атлет.

– Мы не можем бежать вечно, - тяжело дыша, сказал Норман.

– Мы должны снова добраться до холмов. Нужно где-то спрятаться.

– Ради Бога... держись подальше от каньона на этот раз... тупик.

– Будто я не знаю.

Ее ясный взгляд был прикован к тропинке впереди. Светлые волосы разлетелись вокруг ее головы. Ее груди двигались в такт движениям остального тела. Приятное движение. А не дряблая дрожь.

"Боже, она – это что-то. Что-то особенное.

Если мы выберемся отсюда живыми, может быть, нам удастся..."

БАБАХ!

Звук выстрела "Магнума" Дюка остановил эту мысль. Пуля прошла так близко от головы Нормана, что он почувствовал в своих волосах поток воздуха от нее.

Нога, пронзенная клыками гремучей змеи, болела, как ничто на свете. Он был уверен, что она раздулась вдвое.

– Продолжай бежать, - подбодрила его Памела.
– Как только мы окажемся на холмах, мы сможем от него ускользнуть.

– Может быть, пришло время помолиться своему ангелу-хранителю, - задыхаясь, ответил Норман.

Он оглянулся через плечо.

"Нечестно!"

Дюк был ярдах в сорока позади. И приближался.

Парень не выглядел усталым.

Не потерял хладнокровия.

Машина для убийства в человеческом обличье.

Ноги Нормана дрожали, будто из них вытекала сила. Он знал, что в любую секунду упадет на колени от изнеможения. А потом... "Ба-бах! И вечный сон для Нормана Вискоффа..."