Возвращаясь, встретил по дороге одиноко бредущего Гаджи, остановил машину, чтобы предложить аксакалу довезти его до дому, но тот вспылил, и слова Гаджи, с подачи шофера, очевидно, молниеносно разнесутся по Баку:

– Я уважаю Ленина,- молвил Гаджи, - но в компаньонах его не имел, акциями моими он не располагал, в родственных связях с ним не состою, и потому не могу понять, по какому такому праву фабрика, выстроенная мной и на мои деньги, отдана ему?

Нариман возразил:

– Фабрика отдана рабочим, а не Ленину.

– Но мне прочли слова, аршинными буквами намалеванные на красном полотнище, кстати, моя бязь: Фабрика Ленина.

– Имени Ленина, Гаджи, только и всего.

Гаджи побрел дальше, точнее, свернул за угол в узкую улочку, куда машина въехать не могла.

ГЛАВА ТАКТИЧЕСКАЯ, и по обе стороны - пропасть.

Все помнят, как резали их, но никто не помнит, как резали они.

А ты сам?

Что я?

Ах, да, ты написал повестушку о трагической любви тюрка и армянки.

Тогда резни не было, она зрела, я решил упредить.

Потом была резня. И все молчали.

Сабир не молчал.

Ну да, Интернационал: меж вами дьявол-иблис, то бишь русский царь, которому выгодно, чтобы вы, о безмозглые армяне, о глупые тюрки, резали друг друга. Правда, высокочтимый Сабир, мир праху его, горько сетовал при виде земляков: дьявола увижу - не боюсь, змею увижу - не боюсь, гидру... и так далее, и все нанизано на единую рифму, а как увижу земляка - боюсь, боюсь... Но мы отвлеклись! Так о чём мы?

О тебе! Твоей телеграмме!

На радостях дал ее, эту телеграмму, дабы положить конец кровопролитию: Азербайджан дарит Армении так называемые спорные земли, и отныне все пограничные столбы пойдут на слом!

Ну, зачем их ломать, скажи в своем романтическом стиле: лягут в фундамент всемирного братства народов.

Да, я дал телеграмму и не раскаиваюсь!

По совету, уж признайся честно, кого: кто был рядом. И дирижировал издалека.

Хотелось разом отбросить войны, взаимные оскорбления, фальшь, разорвать цепь обманов, а там не за горами - мировая революция!.. Да, немало было лжи как с той, так и с этой стороны. И у нас, в республике нашей, постарались, пока не советизировали её!

Занятное слово: советизация!

Скоро отбросим.

Как ложное?

Нет - в угоду гладкому ходу истории: не пришли, чтоб навязать (...изация), а возникла потребность, и помогли установить Советскую власть. Так вот - ложь наших состояла в том, что якобы армянское население в городах и деревнях Нагорного Карабаха встречает славные тюркские войска с хлебом и солью, принимает азербайджанское подданство, оружие сдается добровольно, жизнь вошла в нормальную колею, установились теплые отношения между мусульманами и армянами.

А теперь о геноциде.

Может, не надо?

Нет, внести ясность, дабы положить конец диффамациям.

Ты о Балканской войне?

Цепочке измен! Да будет известно, разве я не знаю? первенство в депортации населения, которое подозревается в симпатии к противнику, принадлежит царю! Именно он в начале войны выставил турок, которые здесь жили, за свои границы, сочтя неблагонадежными, хотя никаких мятежей не устраивали, и невольно подсказал султану проделать то же в качестве ответной меры против собственных мятежных армян!

Ты о Ванском восстании?

И каталикос, чья резиденция на территории России, на основе сведений, полученных от патриарха Стамбула и армянской национальной Ассамблеи в Турции и зная о готовящемся мятеже, просит Кавказского генерал-губернатора передать государю чувства верности турецких армян, а в ответ - обещание царя содействовать созданию на обломках Оттоманской империи Армянского государства от моря до моря. Впрочем, и Лондон, дабы поощрить к возмущениям и ослабить Турцию, учредил Комитет по возрождению Армении, кухню пропаганды. В политике президента Вильсона вторым пунктом после расчленения Оттоманской империи было создание Великой Армении, тамошняя диаспора в течение десятилетий вела активную работу во имя осуществления вожделенной мечты, всякая осторожность была отброшена, тот же Пасдермаджян...
– повторяешься? Нет: это слова ванского депутата Папазяна, который, перейдя на сторону царя, понял: Державы нас обманули, принеся в жертву собственным интересам!

И ЗРЕЛИ ПЛАНЫ,

о чём в донесении первого (и последнего) посла, точнее, полпреда Российской Федерации в Грузинской республике - в канун ввода частей Красной Армии для захвата и советизации Грузии.

– Нашего Мироныча?

– Впрочем, не только донесение, как нагрянуть, застать врасплох и вернуть в материнское, еще со времен Екатерины Великой, лоно: хоть и полпред, но смотрит глазами хозяина, но и записка члена бюро Кавказского краевого и Бакинского комитетов нашей партии, мощные рычаги, Микояна.