— Узнай, были ли заявлены на рейс беременные. Да, кто-то беременный, — повторяю Егору, будто ему станет понятнее. — Никто из пассажиров с посадочным местом не погиб, все живы, но такой инцидент — большой стресс для любого человека. Если среди пассажиров были беременные…

— Кто-то мог потерять ребенка, — Егор понимает ход моих мыслей.

— Да. Если это правда… Если случилось нечто подобное, то… он… он может винить тебя. И считать убийцей. Узнай…

— Хорошо, я свяжусь с руководством, когда мы…

— Свяжись сейчас, я подожду. А этим двоим мы, кажется, особо и не нужны.

Я киваю на витражное стекло, за которым сладкая парочка пылко спорит о чем-то между собой.

— Хорошо, — кивнув, повторяет Егор слегка растерянно.

— Что значит — нет в расписании? — вырывается у меня.

Я с непониманием смотрю на администратора языкового центра, где подрабатываю репетитором, а та только таращит глаза и повторяет, что никаких занятий у моих учеников сегодня не запланировано.

— Перепроверьте!

— Точно вам говорю, — она крутит колесико на мышке и бегает глазами по экрану компьютера. — Здесь отмечено, что до конца недели вы находитесь в отпуске, программа бы не дала внести вас в план мероприятий.

Не понимаю я. Даже перегибаюсь через стойку, чтобы самой заглянуть в электронные таблицы.

— Но мне пришла заявка на несколько уроков испанского. С вашей рабочей почты, как всегда. Я подтвердила ее и… да, черт возьми, я изменила планы, чтобы приехать сюда! — немного психую я, потому что мне пришлось поручить Дане проводы Нелли в аэропорт. Хотя он и без моих уговоров оказался не против.

Вчера на прогулке эти двое без конца болтали на миллион общих тем. Оказалось, они слушали какие-то одинаковые группы, названия которых я не повторю, а еще смотрели фильмы режиссеров, о которых я никогда и ничего не слышала. Это было дико странно, но Гончаров будто и не замечал щекотливого положения Нелли. Она явно понравилась ему. Да и подруга улыбалась Дане совсем не по-дружески. Могло ли у этих двоих быть какое-то будущее? Не знаю, но именно Даня отвез Нелли и ее отца на рейс в Москву. Он, а не мы с Егором.

— Видимо, вышла путаница, — продолжает оправдываться администратор. — Вчера работала другая девушка, новенькая. Возможно, она ошиблась. Я не могу ответить, как так вышло. Набрать ее? — Девчонка смотрит на меня, явно надеясь, что я откажусь.

А я… я слишком счастлива, чтобы с кем-то ругаться сейчас. И причина моего безграничного счастья как раз звонит мне.

Я выдыхаю и, кивнув администратору, отступаю: быстрее закончу здесь, быстрее вернусь к Егору.

— Ты была права, — звучит в динамике, и я невольно улыбаюсь.

Что может быть приятнее, чем слышать любимый голос с хрипотцой? Слышать, что этим самым голосом признают мою правоту. Райское наслаждение.

— Наконец-то ты это признал, — произношу я и замираю на площадке перед лифтом, чтобы дослушать Егора.

Из окна бизнес-центра открывается красивая панорама на вечерний город в лучах заходящего солнца. Я уже предвкушаю, как мы со Сталью встретим закат на летке какого-нибудь ресторана, а затем поедем к нему домой и опробуем-таки его кровать с ортопедическим матрасом, которым Егор заманивает к себе второй день подряд — вчера-то мы с Нелли остались ночевать у меня.

Мой командир усмехается по ту сторону и говорит, что скучает, после чего начинает забрасывать меня голыми фактами и стирает все удовольствие от его слов.

— Елена Коршунова. Беременность двадцать недель. Обращалась перед вылетом в медпункт за обезболивающим. Дежурный сообщил, что после попытки измерить давление она сбежала. Подозревает, что на теле были ушибы, которые та пыталась скрыть.

— Ее били? — озвучиваю я первую мысль, что приходит в голову.

— Похоже на то. Она отказалась от помощи и лечения, лишь бы не задирать рукава свитера. Знакомый пробил ее по базе — заявлений о домашнем насилии за ней не числится, а вот муж с приводами. Официально тот нигде не работает, но образование связано с информационными технологиями, так что…

— Он мог все это сотворить, да? И на шоу, и в интернете?

— Не знаю. Возможно.

— А где они сейчас?

— Полиция уже проверяет адреса, но… — Егор замолкает, что на него совсем не похоже, — девчонка около двух недель не появляется на работе.

— С самой посадки?

— С нее самой.

— Господи, она жива вообще? Я предположила, что она потеряла ребенка, но что, если…

Я начинаю паниковать.

— Рори, спокойнее. — Это похоже на приказ, и он действует. — Сейчас уполномоченные люди проверяют адреса и ищут ее. Ищут и обязательно найдут. Учитывая тот факт, что она пыталась улететь без багажа, никого не предупредив, я бы предположил, что она хотела…