— Хорошо, — ответил Луэс. — Я согласен.

Хранители медленно растворились в воздухе. Электричество в воздухе пропало, стало легче дышать.

— Лу, они хотят сделать тебя человеком? Но… как это возможно?

— Не они. Я должен сделать это сам, — тихо и как-то безжизненно ответил он. — Сам…

— Ты сможешь? — еле слышно прошептала я.

Он кивнул и медленно, словно пребывая в шоковом состоянии, молча покинул белую комнату.

Я обессилено сползла по стене на пол и свернулась в клубок, подтянув колени к груди и вцепившись руками в волосы.

Хранитель может стать человеком? Как? Почему Луэс никогда не говорил мне об этом? Ведь он знал… А что бы это изменило?

Нет! Так нельзя. Он не должен стать таким как я, это немыслимо. Неправильно. Я всегда хотела быть с ним, но не такой ценой.

Это я должна была измениться, стать похожей на серую тень, но не наоборот. Он не будет счастлив, превратившись в человека. Даже я несчастна, оставшись без своей силы, хотя она была со мной совсем недолго. Сейчас мне казалось, что, лишившись ее я лишилась зрения, слуха, рук и ног. Что говорить про Хранителя, который с рождения наделен немыслимой энергией, который живет тысячи, если не миллионы лет. Стать человеком? Прожить семьдесят лет и умереть от старости? Из-за меня? Я не могла этого допустить.

Что же делать?

Ответ пришел из ниоткуда. Мне нужно было уходить одной. Переместиться на искусственную планету. Там человечество, запертое, изолированное. Я оставлю Луэса и вернусь домой.

Буду жить прежней жизнью. И пускай душа содрогается от боли и безысходности в этой тюрьме, но по-другому нельзя. Я уйду к людям и останусь с ними навсегда. Там мое место, не здесь.

Сразу стало легче дышать, словно ушла тяжелая ноша. Я была готова принять любое наказание, но тащить его на дно за собой не собиралась. Он слишком любит свободу, чтобы запирать его в клетке. Человеческое существование для Хранителя покажется слишком примитивным. Это не справедливо.

Я вздохнула и поднялась с пола. Мне предстоял еще один разговор. Последний.

* * *

Луэс стоял, глядя неподвижным взглядом на туманную линию горизонта. Серые тучи низко нависли над землей, закрыли небо.

Осень. Скорее всего конец октября. Так же как в тот день, когда я оказалась здесь. Небо было тяжелым и серым, деревья промокшими и грустными, а мир вокруг непонятным и страшным. Земля была больна после того что сделали с ней люди, и прошел не один месяц, прежде чем она смогла излечиться, затянулись глубокие раны и ее дыхание стало чистым.

Теперь все гораздо хуже. Не уцелело ничего. Остались лишь обугленные деревья и хрустящая корка под ногами. Это все сделала я. Одна. Человечество за века не смогло нанести такого урона, как я за несколько часов. Воздух стал пахнуть гарью и пеплом, а солнечные лучи уже не могли пробиться сквозь заслон серых туч.

Земля снова изменится. Затянутся травой выжженные поля, зазеленеют деревья, запоют птицы и очистится небо. Воздух будет пахнуть не гарью и пеплом, а травой и цветами. Все снова будет как раньше. Когда я уйду…

Мне придется это сделать. Меньше всего на свете хотелось возвращаться к людям, но другого выхода я не видела. Интересно, сколько времени потребуется для того, чтобы перестать видеть кошмары по ночам? Наверное, для этого не хватит жизни.

Я медленно подошла к нему сзади, прекрасно зная, что он чувствует мое присутствие, и остановилась за спиной. Закрыла глаза, пытаясь настроиться на последний, самый тяжелый в жизни разговор.

— Мне пора домой, Лу, — произнесла я, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Я решила, что уйду одна. Ты останешься здесь.

На несколько секунд в воздухе повисла тишина, казалось, что стих даже шум ветра. Почему он молчит? Сердце принялось барабанить в ребра, словно пытаясь вырваться на свободу.

Луэс повернулся в мою сторону. Обычно непроницаемые глаза сейчас излучали печаль. Он не мог ее скрыть.

— Почему, Милла? — он приблизился, прикоснулся рукой к моей прохладной ладони, переплел пальцы.

— Так будет лучше.

— Ты в этом уверена?

— Да, — я не смогла выдержать его взгляда.

— Но… я думал… что мы…

— Мы не сможем быть вместе. Я… этого… не хочу.

Мне показалось, что мои слова ударили его, словно разряд тока по оголенным нервам. Я отвела взгляд. Не сможем…

— Мое место рядом с людьми, потому, что я такая же, как они.

Он промолчал. Мир внезапно стал терять цвета, становясь черно — белым, как старый снимок, поблекшим и безликим.

Я отпустила его руку, отвернулась и медленно побрела в сторону рощи. Мне хотелось побыть одной. Здесь. Еще немного.

Земля была покрыта пеплом, мокрым от дождя. Он лип к подошвам, словно серая грязь. Я брела, прикасаясь ладонями к обугленным, черным стволам деревьев.