– Подожди, - торопливо поправляю волосы.
– Нет. Не надо. Я не люблю.

– Почему?
– Ник щурится, и похож сейчас на профессионала, камеры не отводит, и я ерзаю на диване.
– Ты же такая красавица, - его губы, дрогнув, расплываются в скупую улыбку.
– Такая лапонька.

– Я плохо получаюсь на снимках, - невольно улыбаюсь в ответ и оставляю в покое волосы.
– Ник.

– Просто расслабься, Алиса, - говорит он. Фоткает меня, - ты клевая.

Я клевая.

Ветер треплет прядки, я пью коктейль, отворачиваюсь к ограждению, снова смотрю на Ника.

– Так, - он чуть отводит камеру, он так увлечен, с таким азартом делает это, что его настроение передается и мне, он встает, ходит вокруг меня, я верчу головой и смеюсь.
– Алиса, - Ник взмахивает рукой, - плед убери пока.

– Ладно, - подчиняюсь и выпутываюсь из теплого одеяла, поправляю кофточку на плечах.

– Давай вот это развяжем, - Ник наклоняется. Его пальцы касаются черных тесемок на вороте моей блузки, тянут, развязывая бантик. Его лицо рядом, от него пахнет сладким коктейлем, смешанным с морозным парфюмом, и я замираю, неотрывно изучаю его лицо вблизи.

Каждую черточку запоминаю. Густые ресницы и черные брови, небрежно спадающую на лоб челку, пухлые, приоткрытые губы.

Ник приспускает блузку с плеча, мимолетно касается голой кожи. Поднимает на меня темные глаза.

– Ты в лифчике?
– спрашивает.

Во рту пересохло, молча киваю.

– Давай снимем.

– Что снимем?

– Всё.

Быстро моргаю.

Он так просто хочет раздеть меня, будто о погоде мне говорит. Хмурюсь и тянусь к пледу.

– Что такое?
– Ник перехватывает мою руку. Большим пальцем поглаживает ладошку. Гипнотизирует меня взглядом.
– Только пофоткаемся, Алиса.

– Без лифчика.

– Да. Это же исскуство.

– Я не буду, - вырываю руку и поправляю блузку.

– Почему?
– он садится на корточки передо мной, снизу вверх заглядывает мне в глаза. У него лицо - как у честнейшего человека в мире, которого обвинили в воровстве.
– В этом нет ничего плохого, - убеждает он меня и откладывает фотоаппарат на стол.
– Ты очень сексуальна. И грудь у тебя красивая. Я же видел. Давай сфоткаем.

Отворачиваюсь к ограждению и кусаю губу.

– К актрисам своим иди, которых голыми снимаешь, - говорю уставившись на деревья внизу, и с обидой не могу справиться, чувствую себя обманутой, он таким романтичным казался, и вот.

Вздрагиваю, когда его пальцы касаются ключицы. Скользят ниже, в вырез блузки, и я покрываюсь мурашками.

Поворачиваюсь.

Его рука пробегается по ткани, по животу вниз, и нагло подхватывает кофточку.

– Тебя не возбуждает разве?
– шепотом спрашивает Ник, медленно задирает мою блузку, - что позади люди сидят, а ты можешь раздеться, и они не увидят. Смотреть буду только я.

Встречаемся взглядами.

Его глаза блестят жадным блеском, я в эту черноту проваливаюсь.

– Это эротика, Алиса, и это прекрасно, - он тянет кофточку.
– Не бойся меня. Доверься. Тебе понравится.

Не понимаю, что делать, но его слова…от его слов я дрожу, он ведь, правда, все уже видел, на секунду представляю, как я разденусь, и он будет смотреть, по-мужски алчно…мне этого хочется.

– Хорошо, - вздыхаю и сдаюсь, и поднимаю руки.

И Ник стягивает с меня кофточку.

Остаюсь в черном бюстике. Чашечки кружевные, с твердыми косточками, и грудь кажется больше, чем есть, упруго сжата, с четкой сексуальной ложбинкой.

Ник смотрит на меня и облизывает губу.

А я под его неотрывным взглядом даже ветра не чувствую, кожа горит.

– Слушай…- начинает он и осекается - из его кармана доносится музыка.

Сотовый телефон.

Ник привстает, нащупывает трубку. Бросает взгляд на экран и прижимает телефон к уху.

– Да?

Момент испорчен.

Разочарованно вздыхаю и тянусь к кофточке, с меня будто пелена спала, я ведь почти согласилась.

И я бы не отказалась, отключи он звук вместо того, чтобы вызов принять. Это волшебство - когда взгляды глаза в глаза и искры по воздуху, и предвкушение чего-то запретно-приятного…

Оно пропало, когда выбрал - по телефону поболтать, а не меня.

– Да, я на свадьбе, - говорит Ник и ловко отнимает у меня блузку. Кидает ее на другой диван, улыбается. Смотрит на меня, продолжает.
– Не помню. Когда ты такое просила?

Хмурюсь.

Он треплется с девушкой. Может быть, по работе. А, может, с одной из актрис. Может, у него невеста есть, как у Виктора, а я тут сижу перед ним в лифчике, готова фотографироваться.

Все эти мысли вихрем проносятся в голове. И обида - будто мелкие песчинки в нос забились, дышать тяжело, и свербит.