Девочки всегда. Сразу после того, как подписанные документы отправляются в дипломаты, и партнеры друг другу руки жмут.

– Можно, - поднимаю с дивана пухлый альбом и шлепаю им по столу.

Портфолио с фотками путан забрал из сауны еще в воскресенье. Альбом возил в машине, а сегодня на автомойке, пока кофе пил, полистал.

И нет там. Фотографии светловолосой занозы, что живет сейчас в моем доме. Ни ее, ни рыжей подружки.

Однако, странно.

Клиенты придирчиво выбирают, кто им эту ночь скрасит.

Я цежу коньяк и зеваю в ладонь. Оглядываю стол с остатками позднего ужина и нажимаю на кнопку вызова официантки.

Это все надо отсюда убрать, и пусть еще спиртного захватит, планировал сегодня вызвать Лису-Алису на работу и выдрать ее, наконец, здесь, в комнате.

Залпатить, и даже с чаевыми, чтобы потом таблетки себе купила для горла, ведь она глотку сорвет, когда орать будет подо мной. Хочу ее пизд*ц.

Но какого хрена нет фотки?

В стеклянную дверь стучат, она приоткрывается, и в зал заходит девица в легкомысленной короткой юбке. Она стучит каблуками, деловито держит перед собой блокнотик.

– Добрый вечер, господа, - мурлычет она.

А я смотрю на ее огненно-рыжие волосы, разбросанные по плечам.

И резко встаю с дивана.

– Ой, - говорит официантка. Узнала меня, конечно, хоть и пялится не в лицо, а ниже пояса, будто взглядом просветить хочет, что там в трусах у меня.

А там все в порядке.

– Вика, - обхожу стол.
– Привет. Работу сменила? Подруга тоже здесь?

– Подруга?
– она изгибает бровь. И я почти вижу, с какой скоростью шестеренки у нее в мозгах ворочаются, настолько говорящая у нее мимика. Вика облизывает губы, намазанные каким-то розовым блеском.
– А зачем нам она? Дружба дело такое, Арон, сегодня она есть. А завтра ее уже нет, - выдает философски.

– Согласен. А все таки, - оглядываюсь на любопытные морды клиентов, и беру Вику за локоть, веду обратно к дверям.
– Я хочу, чтобы нас она обслуживала. Устроишь это для меня? В долгу не останусь.

– А чем расплачиваться будешь?
– Вика игриво шлепает меня по голому плечу.
– Я женщина с запросами.

– Подарки, - усмехаюсь.
– Помню. Выбирай.

– Подарки - дело наживное, Арон, - походкой от бедра Вика выходит в коридор, и я цепляюсь взглядом за ее виляющую задницу. Вика рассуждает.
– В наше время важны связи.

– Короче.

– Хочу нормальную работу, - она поворачивается.
– Не в юбке до пупа коньяк носить пьяным бизнесменам, а в дорогих платьях ходить на приемы, сопровождать состоятельных мужчин на всяких там презентациях…- она болтает и болтает, и глазками в меня стрелять не забывает, хлопает длинными накрашенными ресницами, - сам посуди, я заслуживаю большего.

– Заслуживаешь. Я подумаю. Алису позови.

– А Алисы нет, - она сжимает блокнотик.
– Она же тут и не работала, только вот в пятницу, как мы приехали на стажировку, так и все, она не возвращалась. Ты у нее всю охоту трудиться отбил, - Вика хихикает.

– На стажировку приехали?
– отбираю у нее потрепанный блокнот.

– Официантками. Но вот, видишь, - Вика расправляет плечи, - я вернулась, и работаю. Пробиваюсь по жизни. А Алиса белоручка, на папу только надеется.

Алиса белоручка.

Немыслимо.

Два слова всего, зато сколько они объясняют.

И почему девчонка, у которой всё есть раздвигает ноги за деньги, и почему у мужика, который скоро в правительстве на удобное кресло усядется такая дочь, и почему она так долго цену себе набивала, шарахалась от нас.

И почему в альбоме нет фотки самой красивой путаны.

Вывод до простого смешной…

…не продает она себя.

– Стой, ты куда?
– волнуется Вика, а я возвращаюсь в зал, шагаю в комнату, подхватываю свои брюки.

Достаю телефон и набираю номер младшего брата.

– Ты дома?
– спрашиваю, когда он снимает трубку.

– Я еще в студии, - отзывается Ник, и там на фоне у него кто-то протяжно стонет.

– Алиса где? Дед сказал, вы с утра вместе уехали.

– Я отчитываться перед тобой должен?
– брат раздражен.
– Мне не десять лет, Арон. Уехали - значит, захотели.

– Ты забываешься, Николас.

– Не знаю я, где Алиса, - шумно выдыхает.
– У тебя всё? Я занят, - рявкает он и отключается.

Чертыхаюсь и набираю другой номер, считаю гудки.

Виктор или на работе. Или спит.

Или с ней. Учит крошку, как правильно ублажать мужчину.

Я не разрешал. И вчера не разрешал членом в рот к ней лезть, и Виктор все понял, и теперь ослушаться не посмеет, но я же вижу. Как средний брат на нее пялится.

Влезаю в брюки, накидываю рубашку, хватаю пальто. Молча бросаю клиентов.