Вернувшись, она увидела, что Максвелл пьет виски из фляги.

– Этот чертов дом сияет, как рождественская елка, – сказал он.

Не обращая внимания на брата, Лавиния взяла микрофон.

– Я включила огни. Вы что-нибудь видите?

– Сейчас посмотрим, – ответил Аза.

Он снизился до пятисот футов и вдруг ясно осознал какое-то безразличие к своей судьбе.

– Черт побери, Аза, – произнес он тихо. – Тебе нечего терять. Если ты и выживешь в этой проклятой войне, тебя посадят на пятьдесят лет в Ливенуорт.

Он резко повел самолет вниз и сразу увидел какое-то белое мерцание, проникающее сквозь туман, а еще через секунду внизу показался ярко освещенный особняк Шоу-Плэйс. На какое-то мгновение великолепие этого зрелища ослепило его, и он неминуемо врезался бы в дом. Но Аза был отличный летчик, и в последний момент, потянув на себя штурвал, он пронесся над особняком всего в нескольких футах. За домом он увидел расставленные на лугу фонари и даже открытые ворота сарая. Четко посадив самолет, он развернулся и подрулил к сараю. Лавиния уже распахнула настежь ворота и, когда самолет приблизился, жестом показала, чтобы Аза въезжал в сарай. Максвелл стоял в стороне. Аза выключил мотор, снял шлем и вылез из кабины.

– Вот это посадочка. Ну и пришлось же вам попотеть, – сказала Лавиния и протянула руку. – Меня зовут Лавиния Шоу, а это мой брат Максвелл.

– Аза Вон. Я в большом долгу перед вами.

– Что вы. Я сама летчица. Раньше у меня был «Тайгер Мот». Вот с этой площадки я и взлетала.

– Ну и ну, а этот парень, похоже, американец, – вступил в разговор Максвелл Шоу.

– Вы не ошиблись, я вырос в Америке, – Аза повернулся к Лавинии. – А где остальные?

– От майора Конлона пока никаких известий. От Лондона до самого побережья густой туман. Думаю, они из-за этого и задерживаются.

Аза кивнул.

– Ясно. Сейчас нужно связаться с Шерне и сообщить им, что я приземлился целым и невредимым.

Шелленберг находился в комнате радиосвязи. Он был в отчаянии. Сводки погоды метеослужбы английских ВВС, которые перехватывали в Шерне, были неутешительными. Вдруг Лебер, сидевший в наушниках за передатчиком, встрепенулся.

– На связи Сокол, генерал. – Он слушал сообщение, одновременно записывая его с неимоверной скоростью в своем блокноте, затем вырвал листок с записью и передал его Шелленбергу. – Он долетел, генерал. Ему удалось посадить этого красавчика.

– Да, – сказал Шелленберг. – Он долетел, но вот пассажиры-то пока не приехали.

– Он сообщил, что они задерживаются из-за тумана, генерал.

– Ну что ж, будем надеяться, что это так. Передайте ему, что мы все время на связи.

Лебер быстро отстучал сообщение и спустил наушники на шею.

– Может, пойдете поспите часок, генерал? Я справлюсь здесь и один.

– Лучше пойду приму душ, чтобы немного освежиться, – сказал Шелленберг. – Потом выпьем по чашечке кофе, сержант.

Он направился к двери.

– В конце концов, спешить некуда, – добавил Лебер. – Он не сможет вернуться сюда, пока не улучшится погода.

– Вы правы, но давайте пока не будем думать об этом, – ответил Шелленберг и вышел.

В Шоу-Плэйс Аза помог Лавинии выключить свет в доме, обходя комнату за комнатой. Шоу развалился в своем кресле у камина, уставившись в одну точку; его совсем развезло.

– Он что, часто такой? – спросил Аза.

Лавиния закрыла шторы, оставив открытой дверь на террасу.

– Мой брат – несчастный человек. Извините, я забыла спросить ваше звание.

– Капитан, – ответил Аза.

– Ну так вот, капитан, можно сказать, виски помогает ему выжить. Пойдемте на кухню. Я приготовлю чай или, если хотите, кофе.

– Лучше кофе.

Пока Лавиния варила кофе, Аза сидел на краю стола и курил. В форме СС он был очень красив, и Лавиния остро ощущала его присутствие. Он снял куртку, и она увидела эмблему на обшлаге его мундира.

– О Боже, легион имени Джорджа Вашингтона. Я и не знала, что такой существует. Мой брат оказался прав. Вы – американец.

– Что делать. Я в этом не виноват, – ответил он.

– Ну конечно же, нет, распрекрасный ты наш американский бродяга.

Аза обернулся. В дверях стоял Лайам Девлин. Он подошел к американцу и обнял его.

– Как тебе удалось посадить самолет в этом проклятом тумане, сынок? Мы из Лондона-то еле доехали.

– Наверное, я гениальный летчик, – «скромно» ответил Аза.

За спиной у Девлина появился Манроу с шарфом на глазах и со связанными руками. Рядом с ним стоял Штайнер.

– А это подполковник Курт Штайнер – цель нашей операции, плюс небольшой дополнительный багаж, который мы прихватили с собой, – представил вошедших Девлин.