Но тут мне на глаза попались три рулона совершенно разных тканей. Вот не знаю, было ли это случайностью или продавец специально так выложил, но я поняла, как сшить платье, которое угодит всем.

Мирослава, быстрым взглядом окинув прилавок, минуты не сомневаясь двинулась к вишнёвому атласу.

– Такое хочу! – безапелляционно заявила она.

Ну и ладно, я спорить не стану. На этом этапе уступлю. Тем более что из этой плотной ткани выйдет отличное нижнее платье. Вторым слоем я присмотрела мягкий шифон оттенка очень бледной фуксии. Завершит комплект кружевная накидка в тон топлёного молока.

Быстрыми штрихами нарисовала на досочке эскиз будущего наряда, подписав внизу: «Три платья в угоду маменьке. А фасон и ткани по мадьярской моде». Мирослава, прочитав написанное, вскинула на меня сверкнувшие радостью очи, поняв, что это сражение мы уже выиграли. И громко сказала:

– Вы правы, матушка, надо следовать приличиям. Пусть будут три платья разом. Вот и барышня Дарья так же советует.

Дальше пошло проще – с цветом и тканью второго платья согласились единогласно и кружевом восхищались обе. А потом меня спросили, сколько же моя работа стоить будет. Понимая, что если я сейчас снижу цену, то поднять уже никогда не смогу, рядом с фасоном, стерев прежнее послание, нагло написала: «Золотой».

Дочь кивнула, мать закатила глаза:

– Да где это видано, чтоб швее такие деньги платили?! Серебрушки за глаза хватит.

Я улыбнулась самой равнодушной улыбкой, какую смогла выдавить, пожала плечами и, взяв Дуняшу за руку, потянула от несговорчивой боярыни.

– Ну, вот уж нет! – топнула ножкой Мирослава. – Я боярышня или девка сенная, что мои наряды должны стоить дешевле калача? – Эко она загнула, незаметно переглянулись мы девочкой – сравнила свое платье с ценой сдобы. – Если у батюшки денег нет, у жениха попрошу.

После таких слов мне тут же выплатили аванс, позволили обмерить клиентку и, вручив ворох ткани, велели ждать на примерку через два дня.

Правда, перед этим боярыня сгоняла мальчишку за старшиной рынка, и он подтвердил, что я внучка чародея и живу через четыре квартала от торжища.

Новогодье-новолетье… Были ли в моей прошлой жизни такие праздники? Наверное, были, но я этого не помнила. Понимание того, что я с каждым днём всё больше забываю прошлую жизнь, меня не только не тревожило, но помогало воспринимать жизнь так, как следует это делать юной девушке. Спасибо, что необходимые навыки остаются со мной. А ещё рецепты, идеи и модели одежды. Особенно важны для меня сейчас идеи моделирования.

Теперь я хозяйка мастерской «Счастливое платье». Дорого и только для избранных. Не потому, что я зазналась или подхватила «звёздную болезнь», а дабы не тратить время на тех, кто не сможет надеть наряды от нашего ателье из-за отсутствия должной смелости – одежда далека от существующих традиций.

Благо, что в столице живём и здесь смешалось множество народов, культур и стилей. Вот и для моего творчества ниша нашлась.

Боянка сдала мне свой пустующий дом, дед помог оформить документы на ремесло и торговлю, Дуняша стала главной помощницей и переводчицей в общении с купцами, мастерицами и клиентками. На каждом изделии моей мастерской стоял магический знак – изящная стрекозка.

Помогая примерять новые платья, невольно обратила внимание и на бельё заказчиц. Вернее, его отсутствие. Нет-нет, сорочки там всякие, рубашки нижние изо льна тонкого в наличии были, но и только. Чисто утилитарное назначение без толики кокетства. Ни тебе бантиков-рюшечек, ни кружевной нежности соблазнительной, ни цвета, глаз радующего. Чуть ли не солдатское бельё.

Нам с Дуняшей я шила комплекты из тонкого отбеленного льна, украшая прошвами тонкими и такими же белоснежными ажурными фестончиками, которые девочка создавала крючком со скоростью вязальной машинки. Шортики укороченные для лета и доходящие почти до колен в зиму и топы разной длины удивляли тётку Боянку, но на моё предложение сшить ей такие же, она отмахивалась:

– Баловство и перевод ткани!

Однако для клиенток решила ввести моду на изящное бельё. И сделала это я просто. Купила шёлк подходящий, кружев к нему, сотворила комплект из свободных штанишек с короткой маечкой, упаковала красиво и вручила Мирославе подарком к свадебному наряду.

Моё первое платье, сшитое для боярышни, на малом приёме у будущей свекрови произвело незабываемый фурор.

– Даша, они как ни старались, не смогли удержать своё восхищение, рассматривая крой, ткани и отделку. Забыли о ехидстве и насмешках. Каждая подошла спросить, где батюшка такое чудо купил, – хвасталась девушка, заказывая очередной наряд.

На сей раз девушка хотела зелёное. Но выбрала не те тона, и я голову сломала, думая, как же ей объяснить, что эти оттенки сотрут её очарование молодости, превратят нежную свежесть лица в серовато-усталую маску, притушат блеск глаз и даже золотистая коса на этом фоне станет тусклой, словно пылью припорошенной.

Граждане, каприз боярской доченьки – это вам не кот начхал. Это «хочу» такое «хочу!», что куда бежать и где прятаться. Выслушав все аргументы и доводы о том, что у какой-то там вяжихвостки* Улады Ютровой сарафан такого же цвета бесстыжие глазюки соперницы зеленью подсветил, а Мирославе тоже так нужно, я просто закатала рукав её вышитой рубашки и на обнажившуюся руку набросила ткань из предложенного отреза.