– Маска?
– насмешливо вопросил Эльтериан.
– Скрывать такую красоту преступление Асьениэль.

– Дивного утра, ваше высочество, - холодно ответила я.

– Мой тебе совет - смени покровителя. Сейчас самое время - иначе завтра ты окажешься в весьма невыгодном положении, малышка.

Я сделала вид, что не услышала.

Официант постучал в дверь, и, дождавшись ответа, почтительно открыл дверь, чтобы вкатить тележку. Лорд Каенар сидел за письменным столом, разбирая письма, коих получил весьма существенное количество на почтовой станции. Магистр дремал, но при нашем появлении торопливо поднялся.

– Оставьте нас, - приказала я официанту.

– Асьен, ты мой секретарь, а не прислуга, - недовольно обронил герцог.

Никак не отреагировав, я повторила официанту:

– Вы свободны.

Когда дверь за юношей закрылась, я сняла маску. Реакция была до нервного тика привычной – магистр с восторженным вздохом принялся как он говорил «Любоваться прекрасным», герцог недовольно поморщился, его больше устраивала маска. А меня в данный момент интересовал всего один вопрос:

– Что будет, если внезапно, перед самым прибытием к императорскому дворцу, вы, господин, и вы, магистр Берион, не сможете посетить аудиенцию у императора?

– Такого не будет, - отрезал герцог.

Но с магистром Берионом мы уже нашли общий язык.

– Что не так, малышка?

– У нее есть имя, - напомнил лорд Каенар.

Мы с магистром дружно проигнорировали его замечание. Я указала на дверь, маг усмехнулся, и наложил изолирующее заклинание на створки. А затем, спросил:

– И что этот гаденыш устроил?

Как по мне «гаденыш» - было самым подходящим обозначением его высочества.

– О, его высочество совершенно внезапно озаботился поставкой на кухню крейсера продуктов, для приготовления завтрака его светлости.

Герцог перестал читать, и напряженно посмотрел на меня.

– Ха!
– магистр хлопнул себя по колену.
– Так, ты моя сладенькая рисовая кашенька, как выкрутилась?

Не сдержав улыбки, я подошла к тележке с накрытым к завтраку столом, наклонилась, и подняла край покрывала, прикрывающий второй этаж – наш завтрак был там. Чай, я заваривала его самостоятельно, бутерброды, из белого хлеба -я не хотела рисковать ни в чем. Омлет со специями для герцога, овсяная каша магистру, и глазунья для меня.

– Дааа, был бы я моложе лет на сорок, я бы на тебе женился, крошка.

– Ее зовут Асьен, - в очередной раз напомнил Каенар.

И поднявшись, подошел к нам.

Сняв крышку с блюда на верхнем столе, проверил состав продуктов, и после некоторого молчания, произнес:

– Мне не хотелось бы этого признавать, но если вы правы, Асьен, тогда Эльтериан действительно опасный противник.

– Что там? – заинтересовался магистр.

– На всякий случай я приказала запечь эти закуски, но мне не понравился запах хлеба, -искренне призналась я.

– И вы были правы, - Каенар мрачно воззрился на меня.
– Два плана в одном. Помимо рыбы, мяса и сыра, сам черный хлеб был испечен весьма примечательным способом, и с определенными примесями в муке. Боюсь, после приема в пищу этих болотных трав, никакая магия не помогла бы нам посетить императорский дворец по прибытию.

Что ж, стянув перчатки и тщательно вымыв руки, я все же накрыла на стол с помощью всегда готового подсобить мне магистра.

А после, сидя у окна и вкушая завтрак с прекрасным видом за окном, мы с магистром тихо переговаривались, стараясь не отвлекать от работы герцога.

– Надо же, не поленился сам за продуктами сходить, уродец.

При мне, магистр Берион все больше позволял себе уничижительных выражений.

– Но в чем причина, - завершив с едой и взяв чашечку с чаем, тихо спросила я.
– Неужели, ваше присутствие столь неприемлемо для принца?

– О, детка, -магистр вздохнул, - видишь ли, Каенар с самого начала был против. Экспедиция в Суассон являлась инициативой принца, он протолкнул ее через лояльных советников императоров, и рассчитывал вернуться с триумфом, обьявив все недавно присоединенные южные территории мятежными.

– О… -только и смогла произнести я.

– Да, как-то так, - магистр неожиданно нашел овсяную кашу с коричневым сахаром весьма вкусным блюдом, и ел с удовольствием. – Сейчас от нашего доклада зависит положение Эльтериана при дворе. Император своего наследника от чего-то сильно не жалует, и после некоторых ситуаций я начинаю постигать причины.

– Подобные разговоры опасны, - вставил герцог.

Заметив, что он допил чай, я услужливо долила новый. Затем положила кубик тростникового сахара и щепотку кардамона. И чуть не вздрогнула, увидев то выражение, с коим непроницаемо черные глаза взирали на меня.