Я наблюдала, как два черных внедорожника подъехали к торговому центру, и агенты ФБР в костюмах вышли как единое целое, чтобы обыскать здание. Было невозможно сказать, искали ли они меня или были командой по зачистке. Но в любом случае, у меня был номер Мейсона.

Он был слишком перфекционистом, человеком, действующим по букве закона во всех отношениях. Мейсон был всего лишь пони с одним трюком.

Но мне не понравилось, что он догадался, что я здесь. Мне не понравилось, что он знал подробности о моей жизни, которые ему знать не следовало. Пульты дистанционного управления с голосовой активацией были кучей дерьма. Фрэнки и я так не жили. В наших ноутбуках даже не было веб-камер. И мы не держали их подключенными к Wi-Fi, если только мы не были онлайн. И мы постоянно использовали защитный VPN.

Возможно, большинство населения не знало, как оставаться вне видимости, но мы знали.

Мой телефон запищал текстовым сообщением. Сойер был дома и хотел знать, где я нахожусь. Я почувствовала его беспокойство и нетерпение в этом простом сообщении. Он нанял Кейджа не просто так, и я знала, что, уйдя без моего телохранителя, он разозлится на меня.

Вот почему я это сделала.

Я хотела получить ответы от Сойера. Я хотела знать правду. Я хотела услышать всю историю целиком.

«Уже в пути».

Я отправила сообщение, задаваясь вопросом, был ли Сойер причиной того, что Мейсон так много знал. Насколько они сблизились за последние пару лет?

Я поняла, что мои подозрения относительно Сойера были на противоположных концах спектра. Они перешли от предположения, что он все еще работает на Волковых, к сотрудничеству с ФБР, но пока он не раскроет все эти бесконечные секреты, я буду продолжать гадать, давить и копать, чтобы найти их сама. Это сказало мне самую важную вещь, которую мне нужно было знать — даже после всего, что произошло, я не доверяла Сойеру.

Ни капельки.

Гас и Кейдж вернулись с Сойером. Я вошла, мои руки были нагружены покупками. Они все встали, явно не зная, чего ожидать.

— Мы ведь собираемся пробыть здесь некоторое время, — сказала я им в качестве объяснения. — Я недостаточно упаковала вещей.

— Ты ходила в торговый центр? — спросил Сойер с явным подозрением в голосе.

Добавив раздражения и самодовольства к своему замешательству, я спросила:

— Да, а что?

— Я бы пошел с тобой, — сказал Сойер, изо всех сил стараясь оставаться невозмутимым. — Или Кейдж. Тебе, наверное, не стоит гулять по городу одной.

Я пожала плечами.

— Я взяла такси.

— Ну же, Шестерка. Ты же знаешь, что так лучше не делать, — простонал Сойер.

Волосы у меня на затылке встали дыбом, и я ощетинилась — он не имел права посягать на мою независимость. Если бы он только знал, где я была. Но мне не нужно было тыкать медведя больше, чем это было необходимо.

— Я собираюсь разложить покупки. Когда я вернусь, мы сможем составить план игры. — Обращаясь к Джульетте, я сказала: — Давай, милая. Тебе нужно принять душ. — Джульетта поспешила ко мне, и мы исчезли в спальне Сойера.

Я закрыла дверь спальни и положила сумки на кровать. Я огляделась и вздохнула, пока Джульетта рылась в моих покупках.

— Наверное, нам стоит снять номер в отеле, — сказала я ей.

Ее глаза расширились, и на лице появилась широкая улыбка.

— Это для меня? — Она вытащила толстовку с гигантским блестящим единорогом спереди.

— Тебе не нравится? — я поддразнила ее. — Я могу забрать ее обратно, если тебе не нравится.

Она ухмыльнулась и прижала толстовку к груди.

— Спасибо тебе, мамочка. Мне нравится!

— Сначала прими душ. — Она кивнула и побежала в ванную. Я помогла ей и вернулась, чтобы разобрать новую одежду. Стук в дверь помешал мне добиться слишком большого прогресса.

Приоткрыв дверь, я столкнулась лицом к лицу с Сойером.

— Мы можем поговорить? — спросил он.

— На минутку.

Он вошел в спальню и закрыл за собой дверь. Его острый взгляд скользнул по загроможденной кровати и нашим девчачьим вещам по всей его очень мужской комнате. Я почувствовала себя неловко, когда он осмотрел наш беспорядок. Я планировала прибраться там, пока Джульетта принимала душ, но он помешал.

— Мы вроде как вторглись в твое пространство, — пробормотала я, пытаясь внутренне отговорить свои щеки от румянца.

Улыбка тронула уголки его рта.

— Я не знал, что мне это понравится так сильно, как сейчас.