Мейсон хотел чего-то большего, что было бы труднее приобрести. Он охотился за будущим и свободой.

— Начнем? — он спросил небрежно, как будто у меня был выбор. Он улыбнулся моей дочери так, как, я знала, он считал приятным. Но я видела волка внутри. Или кровожадную акулу. — Привет, Джульетта. Меня зовут Мейсон.

Она посмотрела на него, ничего не сказав. Я подавила улыбку.

Он протянул руку, и она посмотрела на меня, ожидая разрешения.

— Нет? — спросил он, когда она не сделала ни малейшего движения, чтобы взять его ладонь. Он дал пять, она все еще ничего ему не ответила. Не теряя никакой уверенности, он сжал руку в кулак. — Стукнемся кулаками? Давай посмотрим, как ты справишься с этим. Давай же, не оставляй парня в подвешенном состоянии.

Она хихикнула. Он прорвался сквозь ее стену. Она прижала свой крошечный кулачок к кулаку Мейсона, и это было все, что я могла допустить, чтобы не нырнуть между ними и не разнять их. Он отдернул руку со звуком взрыва. Джульетта засмеялась громче.

Мейсон Пейн очаровывает мою дочь.

Он ухмыльнулся ей.

— Это скучная комната, не так ли, Джульетта?

Она огляделась и кивнула.

— Почему здесь так темно?

— Да, тут довольно тускло, — согласился он. — Ну, вот что я тебе скажу. Если ты ответишь на мои вопросы, я попрошу одного из моих друзей отвести тебя туда, где мы храним закуски. Это было бы нормально?

Она прикусила нижнюю губу и покачалась на стуле.

— Я должна спросить свою маму.

Улыбнувшись ей сверху вниз, я кивнула.

— Все нормально. Тебе просто нужно быть честной с Мейсоном, хорошо? Ты можешь ответить на его вопросы?

— Да, — немедленно ответила она, как будто это был самый глупый вопрос, который она когда-либо слышала. Очевидно, не было ничего такого, чего бы она не сделала ради закусок. Вероятно, это у нее от Сойера.

Я шучу. Это у нее от меня.

Когда Мейсон снова завладел ее вниманием, он спросил.

— Кто-то забрал тебя у твоей мамы на днях, Джульетта? Когда ты была в детском саду?

— Плохой человек, — сказала она ему.

Мейсон, казалось, искренне переживал за нее.

— Он был очень плохим человеком. Он причинил тебе боль, когда ты была с ним?

Она покачала головой в обе стороны, так что было непонятно, что она имела в виду. Я вцепилась в подлокотник своего металлического стула, пока он не врезался мне в ладони. Я бы убила его, если бы он прикоснулся к ней. Аттикус — засранец.

— Скажи ему, милая. Он хочет помочь нам, чтобы это никогда больше не повторилось.

— Он толкнул меня, — тихо сказала она. — И он не позволял мне ходить в ванную, когда я этого хотела. Он сказал, что я должна была все время молчать.

Я сразу же почувствовала сильную тошноту. Я не могла вдохнуть достаточно воздуха или удержать свое тело от дрожи. Мейсон заметил это и налил мне стакан воды. Сжимая пластиковый стаканчик в попытке успокоиться, я осторожно потягивала ее.

— Почему он позволил тебе вернуться к твоей мамочке? — спросил Мейсон, игнорируя мой небольшой срыв.

Она пожала плечами, подняв их до ушей.

— Я не знаю. Мы ехали в машине, а потом он заставил меня пойти с папой Макса.

Мейсон повернулся ко мне. Настала моя очередь пожать плечами.

— Друг из Фриско. Макс ходит в детский сад вместе с Джульеттой. Его отец Джош Кейдж — бывший военный. Он спросил, не может ли он помочь нам с Джульеттой. Мы были не в том положении, чтобы отказываться от помощи.

Его глаза сузились, но он снова повернулся к Джульетте.

— Как выглядел человек, который похитил тебя?

Джульетта наклонила голову, обдумывая вопрос.

— Он был большим. Больше, чем мой папа. И он был сумасшедшим.

— Ты когда-нибудь слышала его имя?

— Это было странное имя, — сказала она. Ее рот неуверенно открылся и закрылся. Наконец она остановилась на «Ааакус». На языке пятилетнего ребенка это означало «Аттикус».

Мейсон что-то записал в свой блокнот.

— Он был единственным человеком, которого ты видела, когда была вдали от своей мамы?

Она покачала головой.

— Там были и другие люди. Злые люди.

— Все были злыми?

Она снова покачала головой.

— Нет, там был один хороший человек.

— Как его звали?

— Дедушка, — уверенно сказала Джульетта.

Мы оба уставились на нее. Я была первой, кто обрел свой голос.

— Так его звали, милая? Или это он велел тебе так его называть?

Она беспомощно пожала плечами. Она не знала.

Хотя я так и знала. Я подавила желание стукнуться головой о стол.

— Хорошо, Джульетта, ты проделала такую хорошую работу, я попрошу мистера Джонса дать тебе закуски и позволить выбрать шоу по телевизору в комнате отдыха. Согласна?