Она вошла, посмотрела на бюст вождя, которому кто-то опять нахлобучил на лысину шапку с кокардой, и робко произнесла, обращаясь к Квазимодо:

– Привезли мясо, но оно не разрубленное... Передки и задки... Рубщика у нас нету, поэтому мы будем выдавать так, как есть, а вы уж там сами рубите...

– Как это - сами?
– удивились в зале.

– Ну, нету у нас рубщика, - развела она руками.

– Ничего-ничего, мы и сами разрубим, - сказал Витя Судаков, - было бы что рубить.

Нас было двадцать четыре человека, и мы разделились на четыре группы по шесть человек. На каждого приходилось примерно по десять кило мяса, но могло получиться и больше, в зависимости от веса части туши, которая достанется. Очередность захода (и - следовательно - выбора) определили на спичках. Наша группа оказалась третьей по счету.

Главным у нас был Витя Судаков. Мы подошли к столовской подсобке и остановились покурить в ожидании своей очереди.

Витя ушел в подсобку, выяснить, что да как, а мы остались стоять на улице, наблюдая, как первая группа тащит свою скользкую и тяжелую добычу. Это был "передок" - половина туши коровы, распиленная на бойне вдоль позвоночника от шеи до бедра. Держать его было не за что, кроме двух культей и одного торчавшего сбоку оголенного ребра, которое и зажал в руке Вовочка Свердлов. Остальные пятеро, облепив "передок" со всех сторон, держали кто за что уцепился. "Передок" то и дело норовил упасть в слякоть, но счастливчики не позволяли ему этого сделать и, чертыхаясь, постоянно перехватывали выскальзывавшее из рук мясо.

Двигались они короткими шажками, и лица их были сосредоточенны. Если бы не шапки с кокардами и погоны на плечах - они походили бы на папуасов, возвращавшихся с охоты.

– В пещеру поволокли, - угадал мою мысль Ильин.

В отдалении стояла небольшая группа техников и, словно стая волков, завистливо поглядывала в сторону процессии: авиационно-техническая база получала свое мясо после летного отряда. Так было положено: летчики - есть летчики, техники - есть техники...

Процессия повернула за угол дома, в котором размещался летный отряд с авиаэскадрильями, и, выйдя на небольшую полянку с оставшимся от спиленной толстой осины пнем, водрузила "передок" на этот пень и разбрелась, протирая руки мокрым снегом. Вовочке Свердлову мешала сумка, висевшая у него на локте, и он повесил ее на гвоздь, который одиноко торчал в деревянной стене стоявшего на краю полянки и покрашенного светло-голубой краской сортира.

Этой - небесного цвета - краской, подчеркивавшей то, что мы, как-никак, покорители пятого океана, были покрашены все наши административные здания барачного типа, включая и подсобные помещения, то есть два сарая и сортир.

Протерев руки, все собрались в кружок рядом с лежавшей на пне частью бывшей коровы и стали совещаться, изредка поглядывая на примыкавшую к штабу проходную. Кто-то из них даже показал на нее рукой.

– Интересно, чем они будут эту говядину рубить?
– задумчиво проговорил Ильин.

– Из самолета топор возьмут, - предположил Леха.

– Кажется, нет...
– отозвался Ильин.

От группы отделилась фигура одного из заговорщиков и целеустремленно направилась к проходной.

– Все ясно, - сказал Ильин.
– С пожарного щита хотят топор снять.

К нам подошли стоявшие в стороне техники.

– Ну - что?
– спросили они.

– Да вот - ждем... Третьи по очереди...

– А за вами много?

– Еще одна команда.

– Значит, мы за ними.

– Значит, - ответил Леха.

Из столовской подсобки, спотыкаясь, выползала очередная группа обладателей говяжьего "передка", и техники заволновались.

– Одни передки берут... А нам чего - задки с копытами? Они в два раза легче передков, а тоже - на шесть человек...

Мы молчали: нам было неловко, потому что если там еще останется "передок", то его, конечно же, мы и заберем.

– Как дела, Ганс?
– спросил я техника Гену Семенова, или Ганса, чтобы разрядить обстановку.

– Дэ-дда ничего, - ответил он, слегка заикаясь: верный признак того, что он волнуется.
– Поехал тут на дэ-дачу, зза капустой и - хрен, а не капуста.

– Бомжи обчистили?

– Дэ-дда нет... Мыши - пидарасты - с-сожрали...

Из подсобки вышел Витя Судаков.

– Долго вас ждать?

– Идем!
– ответили мы и решительно двинулись навстречу неизвестности.

– Выбирайте, - сказала нам Галина Ивановна, показав рукой на лежавшие в углу подсобки части туши.

Выбирать, собственно, было не из чего: на полу, за внушительных размеров напольными весами лежали уложенные штабелем пять (три - внизу, два - вверху) больших коровьих окороков и рядом, на скользком металлическом полу - два так называемых "передка", один - чуть побольше другого.

– Ну, чего будем брать?
– спросил нас Витя.

– Конечно, передок, - ответили мы.
– Он как-то посерьезнее выглядит...

– Опять же - грудинка, - добавил Леха, обожавший кислые щи.

– Значит, берем?

– Берем, - ответили мы, продолжая стоять: надо было решить, за что взяться, чтобы взгромоздить эту "дуру" на весы.

У Вити в руках оказался металлический крюк, и он подцепил им тушу со стороны шеи. Кто-то взялся за оголенные кости позвоночника, выступающие вдоль края туши. Я - за ребро.