Шрифт:
Виктор одевается в джинсы и немного помятую майку-поло. Приносит мне мой сотовый телефон и сумку, с которой я попала в отдел по борьбе с наркотиками.
– Через пять минут прибудет машина, - сообщает он.
– Я провожу тебя.
Скоро мы снова оказываемся в лифте. О недавнем ужине у бассейна уже ничто не напоминает.
Виктор притягивает меня к себе. Его губы осторожно касаются моих. Я тянусь ему навстречу, и мы сливаемся в хаосе прикосновений. Я чувствую, как он втирается в меня бедрами, вжимает в прохладную стену лифта, и от его твердости в джинсах внизу живота растекается предательское тепло.
– Постарайся решить проблему с мамой сегодня, - выдыхает мне в шею он.
– Я не желаю недомолвок с твоей семьей.
– Я поговорю с ней, обещаю, - киваю в ответ.
Лифт распахивает свои серебряные двери, и мы оказываемся на подземной стоянке. Тот же самый «Мерседес», который вез меня утром на работу, стоит неподалеку. Водитель готов отвезти меня домой.
Виктор сам открывает мне заднюю дверцу.
– Завтра не приходи на работу. Собери вещи в поездку и помирись с матерью, - произносит он и целует меня в губы.
– Я позвоню тебе вечером.
– Хорошо. До встречи.
Я забираюсь в машину. Виктор стоит у лифта, засунув руки в карманы джинсов, и неотрывно следит за тем, как машина отъезжает со стоянки.
В последний раз поднимаю руку в знак прощания, и вскоре он исчезает за поворотом. Мы выезжаем на ночную дорогу.
Я растерянно смотрю в окно. У меня внутри сплошной хаос. Еще недавно я считала Виктора самым большим злом на свете, а теперь собираюсь выйти за него замуж. Мне все еще не верится, что я его невеста. И я не знаю, как подобрать слова, чтобы объяснить маме все произошедшее со мной за последние дни.
Глава 40. Таша
Снова мама на пороге. Скрещенные на груди руки, убийственный взгляд.
– Где тебя черти носят?
Я вздыхаю. Нет никакого смысла врать, что задержалась на работе. Даже на самой ответственной работе не задерживаются до полуночи.
– Мам, я влюбилась.
– Влюбилась, значит?! А позвонить и сообщить, что задерживаешься, руки отсохли?
– Мне телефон только сегодня вечером вернули. Он полностью разряжен.
Достаю из сумки свой сотовый и показываю ей угасший экран.
– А попросить телефон у этого мерзкого Виктора сложно?
Я морщусь. Нет, не сложно. Я просто не хотела звонить, потому что мы поругались утром.
– Мам, я ведь уже взрослая. Что такого в том, что я задержалась после работы?
Она возмущенно разводит руками, а я прохожу на кухню.
– Мне не нравится твой босс, Таша. Не нравится его голос и тон, которым он разговаривает с людьми. Я тебе уже говорила - от него надо избавиться! Нет же, ты продолжаешь с ним путаться!
– Что поделаешь, любовь зла…
– Вот именно! Ты даже представить себе не можешь, насколько она бывает зла!
– Мам. Но ведь учатся на своих ошибках, верно?
Достаю из холодильника ветчину и сыр, потому что снова хочу есть.
– Тебе ошибок мало, что ли?
– не отстает мама.
– Неужели не хватило одного фееричного романа четыре года назад? К чему снова на те же грабли наступать?
– Почему на те же?
Режу помидор и делаю себе два бутерброда.
– Почему нельзя найти нормального парня? Без мании величия и короны на голове?
– Так скучно же, - набивая рот, мычу в ответ.
Мама качает головой. У нее на лице вселенская скорбь. В моей голове крутится мысль про Италию и про ужин с Виктором. Может, если не называть его фамилию, все обойдется?
– Я улетаю послезавтра в Италию.
Черт, сорвалось. Испуганно посматриваю на маму.
– Куда улетаешь?
– угрожающе приподнимает бровь она.
– В командировку. На карьер, где добывают мрамор, - пытаюсь как можно внятнее объяснить я.
– Ты совсем с катушек съехала, Таша? У нас денег на оплату коммунальных услуг нет. Счет за воду и электричество третий месяц дамокловым мечем висит! Какая Италия?
– Я постараюсь оплатить счета с зарплаты. И я по работе еду, не в путешествие.
– С зарплаты?! Ты еще Даше пятнадцать тысяч должна, не забыла?! И понятно, в какую командировку ты едешь! Смотри, потом на декрет никаких командировочных не хватит! А он тебя бросит! Ему такие, как ты, не нужны, пойми! Поиграет и выбросит! Откажись от командировки, пока не поздно!
Беспомощно всплескиваю руками.
– Да не могу я отказаться! Уже оплачено все компанией.
Мама швыряет в меня кухонным полотенцем и уходит в свою спальню. Демонстративно громко хлопает дверью, и я вздрагиваю.