Но эта смерть показалась Нерону слишком лёгкой… слишком милосердной. А потому он задействовал свою вторую силу — Эфир.

Подчиняясь воле своего хозяина, Эфир стремительно убивал врагов Нерона самыми жестокими и изощрёнными способами: превращая кровь в острое железо; сводить с ума видения и заставить союзников перебить друг друга; завладеть телом одного из них и управляя им, совершать самоубийство.

Нерон безудержно хохотал, наблюдая за страданиями и смертями его бывших товарищей. Он был кукловодом в этом театре смерти, но главное событие он оставил на потом. Оставшиеся в живых с ужасом наблюдали за тем, что произошло с их товарищами — все они были закалёнными воинами, прошедшими не одно сражение, но даже их сердца дрогнули. Они осознали, у них нет и шанса на победу.

Нерон увидел, как оставшиеся в живых убегают, среди которых были Вэл и Сэрос, но решил отпустил их, ведь остались ещё двое: Нарт и Валькьери. Телепортировавшийся за спину Нарта, он схватил того за горло — фиолетовые трещины с левой руки Нерона стремительно начали расползаться по всему телу S ранга.

— Остановись! Прошу! — начала умолять Валькьери.

— Уже поздно, ваша судьба предрешена, — холодно изрёк Нерон. И в туже секунду тело Нарта рассыпалось на тысячи обугленных осколков.

Кровавя Валькирия опустошённо наблюдала за трупами её подчинённых и подавляющей мощью Нерона. Он навис над ней, но у Валькьери уже не было сил сопротивляться. Эфир в её теле заставлял плясать под его дудку и не было ни единого шанса обрезать эти нити.

— «Зачем доставлять ему ещё большее удовольствие, если победа невозможна?» — подумала она и смиренно закрыла глаза. Горькие слёзы скатились по её щекам.

Нерон схватил Валькьери за волосы и потащил в сторону Маршала. Он впечатал её в сферу, куда был заточён их учитель, прямо напротив его лица.

— В-валькьери? — замутнённым взглядом старик уставился на свою заплаканную приёмную дочь. И тут его взгляд прояснился, устремившись на своего бывшего ученика. — Нерон? Что… что происходит? — Он непонимающе уставился на своих бывших подопечных.

— Ха-ха, я рад, что ты вернул ясность сознания именно в этот момент, — Нерон поднёс своё левую руку, на конце которой появилась сфера Разрушения, к лицу Валькирии. — Я всегда мечтал изуродовать твоё прекрасное личико, высокомерная стерва. И, наконец, я дождался этого дня… Ещё и под пристальным внимание нашего учителя!

Валькьери тихо хныкала.

— Нет… Нет! Остановись, Нерон! — яростно забился Маршал.

— Это твоё наказание за все эти годы, зато, что никогда не считал меня человеком… Я ведь никогда не был «всего лишь инструментом», Маршал — последнее Нерон произнёс с разочарованием и болью.

— Прошу… послушай меня.

— Уже поздно, учитель, уже слишком поздно, — Нерон замахнулся, намереваясь одним быстрым ударом снести ей голову.

Но со всеми этими развлечениями, Нерон упустил главное — Эфир перестал сдерживать силу Пустоты внутри Маршала, и та вырвалась наружу.

В этот момент Маршал наблюдал за разворачивающимися событиями в замедленном действие. Он видел, как сфера Разрушения становиться всё ближе и ближе к лицу Валькьери, а он был бессилен… Он проклял себя и свою слабость.

Его сердце остановилось, а вместо него образовалась всепоглощающая Пустота. И тогда, он услышал потусторонний голос, говорившись с ним словно из глубин небытия:

— Впусти меня, и я спасу её, — мир для него замер. — Позволь мне уничтожить это мерзкое отродье. Всего на жалкое мгновение…Стань проводником Пустоты.

Немедля и секунду, Маршал ответил на зов.

Колебания чего-то первородного, превосходящие всё что видел до этого Нерон — даже Разрушение и Эфир, прошлись по всему городу. Весь мир застыл в ожидании катастрофы: маленькие камушки, огромные валуны и здания начали подниматься в воздух и в тут же всё это осыпалось вниз, создавая песчаный ливень.

Нерон находился в центре этого урагана, опустошающий холод прошёлся по всем его внутренностям, а разум застыл в ожидании… конца. Весь звук был стёрт из реальности — все цвета истлели… Остался только чёрный и белый.

Лишь тело Маршала в последний раз вспыхнуло фиолетовым, а затем… Нерон блаженно закрыл глаза, погружаясь в эту тёмную пустоту. Впервые он ощутил такую лёгкость, впервые он обрёл свободу…

И в этой тьме он увидел монументальный силуэт Маршала — он был тем самым, как в день их первой встречи: непоколебимый, величественный, всемогущий, а Нерон стал тем маленьким мальчиком, который ещё не успел пробудить свои силы. Маршал улыбнулся ему и протянул руку; как бы приглашая последовать за ним.