«1. Все оставшиеся части бывших 3 и 5 армий, части бывшей армии Царицынского фронта и части, сформированные из населения Морозовского и Донецкого округов, объединить в одну группу, командующим которой назначается бывший командующий 5 армией т. Климент Ефремович Ворошилов.

2. Всем названным выше воинским частям впредь именоваться “Группой т. Ворошилова”.

3. Все начальники частей, отрядов и армий, перечисленных выше, в § 1, обязуются беспрекословно подчиняться всем приказам т. Ворошилова. Предупреждается, что неповинующиеся будут предаваться Военно-революционному трибуналу. Кроме того, так как подобным неповиновением они наглядно докажут, что они не понимают или почему-либо не желают выполнять революционную дисциплину, которая требует от каждого подчинённого прежде всего беспрекословного выполнения всех распоряжений назначенного советской властью начальника, то все такие неповинующиеся должны немедленно отрешаться по своему несоответствию от занимаемых ими командных должностей.

4. Командующему группой т. Ворошилову приказываю: а) действуя в полной связи с командующим Царицынским фронтом т. Крачковским, вывести всю свою группу на левый берег р. Дон, овладеть участком от ст. Калач до железнодорожного моста через Дон, железной дорогой из Царицына на Лихую, перекинуть всю свою артиллерию, обозы и подвижной железнодорожный состав на левый берег Дона; б) очистить от казаков всю территорию левого берега Дона на участке ст. Калач — железнодорожный мост через Дон, между станциями Ляпичев и Чир; в) все переправы на указанном выше участке Дона обеспечить авангардами достаточной силы, выдвинув их на правый берег Дона; г) по выполнении указанного, установить самую устойчивую связь со штабом Севкавокра; д) как только позволит боевая обстановка, срочно, но последовательно привести все части группы в должный порядок, переформировать все отряды и армии соответственно в роты, батальоны, полки и бригады, согласно новым штатам Красной армии. Взять со всех служащих в группе «Торжественное обещание красноармейца» с подписью каждого о беспрекословном выполнении указанных в нём обязанностей красноармейца; е) напоминаю о необходимости самой интенсивной разведки и по возможности ежедневных оперативных и разведывательных сводок; ж) по выполнении всей операции вы назначаетесь ответственным начальником всех войск, расположенных на Царицынском фронте, от р. Иловли (включительно) до ст. Гашун (включительно).

5. Командующему Царицынским фронтом А. П. Крачковскому приказываю: а) поддерживать всемерно самую действительную связь со штабом т. Ворошилова и при его выходе на левый берег Дона оказать ему активное содействие войсками вверенного вам фронта; б) по окончании операции вы поступите в подчинение т. Ворошилова; в) о том, как именно установлена связь со штабом Ворошилова, и о степени её надёжности, срочно мне донести» [103] .

В первой декаде июня начались земляные работы. Один из участников похода вспоминал, как шесть суток днём и ночью с лопатами в руках солдаты, мобилизованное население ближних хуторов штурмовали Дон. Дело шло туго. Начали изощряться, всячески приспосабливаться, спускать в воду плетни, бороны, сцепления брёвен. Работа стала заметно подвигаться. Но противник ни на минуту не выпускал из виду мост, постоянно его обстреливал. От разрывов падающих в реку снарядов рыба белыми брюшками всплывала на поверхность, и тут начиналась массовая её ловля... «Никакие предостережения не действовали. Рыбой заполнялись котлы кухонь частей. Хуторяне тачками, мешками растаскивали её по домам».

После двенадцатидневной упорной борьбы Дон начал заметно бутиться. Работающие воспрянули духом. Насыпь вздыбилась сопкой, её сдвинули как можно дальше в русло реки. Разровняли площадку, фундамент для возведения пролёта был готов.

Но это было далеко не всё. Надо было срубить и уложить клети из брёвен, скрепить их. Затем очистить от разбитых паровоза и платформ уцелевший второй пролёт, выровнять его. В завершение предстояла прокладка железнодорожного пути. Для этого создали целое подсобное производство.

Наконец последняя часть работ закончена. Затаив дыхание все ждали первого движения по мосту.

Как это было? Рассказывает участник восстановления Рычковского моста А. Долин. По его словам, сначала пустили пустой паровоз. Опытный, смелый машинист один сел на паровоз и медленно повёл машину. Томительно тянулись минуты. Слабое потрескивание шпал. Небольшая осадка. Ещё усилие... Паровоз уже на противоположной стороне Дона. Ура! Победа!.. Вслед за паровозом пустили целый товарный состав, сначала без людей. И тоже порядок. За товарняком двинулся бронепоезд... И, наконец, пассажирский поезд, часть строителей-бойцов, санитарный пост...

30 июня в штаб Северо-Кавказского военного округа Ворошилов отправил сообщение: «Донской мост исправлен, и передний броневик перешёл на левую сторону Дона, откуда открыл огонь по хуторам Самодуровскому и Подтихову. Противник, думая обстрелять мост, начал продвигать свои орудия ближе к хутору Каменскому, но под огнём батареи тов. Кривенко был вынужден убежать, бросив орудия».

В ночь с 1 на 2 июля началось полномасштабное движение эшелонов с войсками группы Ворошилова, с семьями командиров и бойцов, шахтёров и ценными грузами, эвакуированными с Донбасса. Их встречали отряды царицынских рабочих, находившиеся на станции Кривая Музга.

3 июля 1918 года закончился беспримерный переход войск и десятков эшелонов Донецко-Криворожской республики из Луганска в Царицын. В условиях непрекращающихся боёв (сначала с немцами, а потом с белоказаками) тысячи людей, включая солдат, рабочих и членов их семей из Донбасса в течение более чем двух месяцев проделали путь в общей сложности примерно в 500 километров. Многие современные историки отмечают, что этот переход если и не предопределил, то в значительной степени повлиял на исход Гражданской войны, особенно на Дону.

Говоря о Гражданской войне в России (1918—1920 годы) вообще и на Дону в частности, хочется заметить, что с высоты нынешнего времени она видится несколько иначе, чем раньше её отображала советская историография. Речь идёт о переоценке событий, происходивших в стране после переворота в октябре 1917 года. Советскому народу внушалось, что красные — это хорошие, а белые — плохие. Красная армия боролась за интересы трудового народа, белогвардейцы — за интересы капиталистов, помещиков, кулаков. В принципе это, конечно, так. Но ведь красные и белые — граждане одной своей страны, патриоты одной своей родины. Большевики решили разрушить «мир насилья», как поётся в «Интернационале», «до основанья» и сделать так, чтобы кто был «ничем», стал «всем», а дворяне, зажиточное крестьянство, наоборот, должны стать «ничем». Естественно, последние не могли безропотно согласиться с этим и стали не на жизнь, а на смерть бороться за своё существование. Так чем же они «плохие»? Проявляли зверства против большевиков? И большевики также зверствовали против белых...