Лось прошел всего в метре от брата. Войдя в чащу, еще раз отряхнулся и затрусил рысцой.

— Что же ты не ухватился за его большие уши и не оседлал лося? Вот была бы потеха, — заметил я.

Брат не обратил внимания на мои слова и сказал:

— Да, понятно! Какой-то подлец хотел убить зверя прямо в воде. А ведь в случае удачного выстрела лось все равно бы утонул! И как только рука у него поднялась на такого красавца?

У перешейка озера, напротив мостков, мы присели отдохнуть. Закурили, обдумывая случившееся. В это время мы заметили бредущего через речку человека с ружьем. Был он моложе нас, обут в высокие охотничьи сапоги. «Вот он, преследователь лося», — догадались мы.

— Привет охотнику!

Незнакомец вздрогнул от неожиданности.

— Та-ак, что ли… — промямлил он и попросил папиросу.

— Кто вы, откуда? — поинтересовались мы.

— А вам не все ли равно? — ответил он нехотя, и мы почувствовали, что расспрашивать его бесполезно.

— Что, упустил лося? — подошел к нему брат.

— А я не видел никакого лося.

— Как же не видел, ты же в него трижды стрелял?

Незнакомец не знал, что делать, и только покраснел до ушей. Потом безразличным тоном промолвил:

— Кто бы ни стрелял, а лось-то ничей. Кому повезет, тот и свалит…

— Это не везение, а разбой, грабеж средь белого дня! — не сдержавшись, оборвал его брат.

Незнакомец замолчал, отвел лицо в сторону…

Когда в деревне уже зажглись огни, мы возвратились домой. Выслушав рассказ о случае на озере, наша старая мать коротко заключила:

— Ваш незнакомец — бездушный человек. Такой и людям добра не сделает.

ВСТРЕЧА

Перевод М. Мухачева

«Уже который год мы бродим с тобой по лесным чащам, а еще не повстречались с косолапым. Хотя бы одним глазом издалека взглянуть на него. Тот, кто не встретился и не померялся с ним силой, разве он охотник? Так себе…» — нередко, мечтая испытать свою выдержку, размышлял мой приятель Гаврюша. По профессии он был учителем и любил проводить досуг на лоне природы.

Правда, мы не раз видели медвежьи следы, а сам зверь никогда не попадался. Но однажды желание Гаврюши исполнилось: нам посчастливилось встретиться с медведем. Этот случай хорошо запомнился нам обоим.

В ту осень мы больше всего полевали в нетронутом лесном массиве между Чернушкой и Студенкой, где стояли вековые сосны, седые осины и разлапистые ели, покрытые мхом, а по берегам высились кряжистые, необхватные дубы.

Сюда еще не ступала нога лесоруба, и лес красовался в своей первозданности. Мы всегда возвращались отсюда не с пустыми руками: подстреливали то глухаря, то тетерку, то рябчика…

Как-то мы ходили с Гаврюшей, выслеживая дичь. Собака его — Полкан — крутилась возле меня, а моя Тоська от него не отходила. Полкан — костромич, рыжей масти. Он не мастак на птицу, зато по лисе и зайцу работает самозабвенно! II если возьмет след — гонит зверя вязко.

Тоська — беспородная собачка. Уши у нее не свисают лопухом, как у гончей, и не стоят торчком, словно у лайки. Но Тоська моя — универсал: и птицу, и зверя берет искусно. Азартным лаем подняв с земли и посадив на дерево глухаря или тетерку, она как бы под гипнозом держит птицу до подхода охотника.

Гаврюша нес перекинутого через плечо матерого глухаря, поднятого Тоськой еще поутру. Я тоже взял двух рябчиков. У- Чернушки мы остановились. Попили чайку и, чтобы освежились ноги, скинули сапоги.

Ясным днем поздней осени в лесу тихо и прозрачно. Дышится легко и свободно. Листья облетели, и лишь на вершинах дубов редкие пожухлые листочки порою с кем-то шепчутся на ветру.

Осенний день пролетает быстро. Метко об этом говорит пословица, что летний день и веревкой не замеришь, а осенний можно даже обхватить. Только было утро, глядишь, уже и на вечер повернуло. Не заметишь, как сумерки опустятся.

Солнце клонилось к вершинам деревьев. Мы тронулись к большаку. До него надо протопать без малого семь-восемь километров, да и от леса до дому — не меньше.

Хотя мы шагали порознь, но чувствовали локоть друг друга. Пересекали дубраву равномерно. Полкан и Тоська после отдыха повеселели: сразу же скрылись с глаз. Хотя наши собаки вместе не бродят, но мы знали, что в лесу нас не оставят. Ведь и они до выхода на большак хотят постараться вдоволь.

Слышу: где-то впереди, как будто бы стараясь кого-то схватить, залаяла Тоська.

«На кого же это она?.. — подумал я. — Гаврюша должен быть там. Наверное, все увидит!..»

Тотчас же, словно барабанный бой, послышался трубный лай Полкана. Видимо, он помогает своей напарнице, и теперь они вдвоем принялись за одного. Значит, крупного зверя обложили.