Я долго ждал приближения уток на ружейный выстрел. Но они и с места не трогаются. Тогда я дал волю Тобику. Он быстро помчался по берегу. Завидя уток, собака остановилась, начала повизгивать, а утки все сидят и сидят.

Тобик вскоре обежал вокруг озера, встал на задние лапы, потрогал мордочкой мою руку, затем нетерпеливо заюлил. Как быть?

Время уходит. А с какой стороны ни подойди, до уток все далеко.

Нахожу последнюю уловку: «Надо сделать выстрел по уткам, — думаю. — Тогда они поднимутся с воды. А так как других водоемов поблизости нет, то они непременно будут кружиться здесь же над озером. Тогда-то я буду бить их влет, а раненых и убитых достанет Тобик».

Я вскинул ружье и выстрелил. Собака уже совсем хотела было броситься в воду, но я ее остановил: «Нельзя!» Она послушно попятилась назад.

Утки, конечно, взвились в воздух и только начали было делать разворот, как вдруг все разом камнем бултыхнулись в озеро и скрылись под водой — фонтаном взлетели брызги. Не понимая, что случилось, я глянул вверх. И тут увидел, как в воздухе молнией мечется серая птица.

Эге, она отбила от табунка одну утку и сейчас гоняется за жертвой. Утка же отчаянно крякает и бросается из стороны в сторону. Но враг атакует ее снизу, не подпускает к воде.

Я узнал ястреба-тетеревятника. Это — самая хищная лесная птица. Вот они летят прямо на меня. Не задумываясь, вскинул ружье и наудалую выстрелил. Хищник промелькнул в лучах солнца, а утка, как бы подбитая, упала в озеро и исчезла под водой недалеко от меня.

Все это произошло так быстро, что я не успел толком ничего сообразить.

Пока я перезаряжал ружье, над водой сначала появилась голова, а потом и спина утки. Я приподнял было ружье, но меня словно кто-то остановил громким окриком: «Не бей!» А утка преспокойно плывет прямо ко мне, к берегу, хорошо вижу две блестящие черные точечки — глазки. Чую, мой Тобик тоже готов броситься в воду. Я попридержал его рукой.

Теперь утка больше не приближается ко мне, но она держится на одном месте и смотрит в мою сторону. Она словно благодарит меня за спасение.

Ясно, никто не запрещал мне стрелять по утке, но я не мог поднять ружье на нее. Ведь только что спас я утку от верной смерти и зачем теперь стану ее убивать?

Где же остальные утки?.. A-а, вот и они приближаются ко мне: плывут, плывут… Но у меня теперь не поднимается рука на них. И не надо!

В этот день я возвращался без добычи, но на душе было так радостно и легко, будто на озере Шап охота была удивительно счастливая!

У ДОМА ЛЕСНИКА

Перевод В. Борисова

Земля давно промерзла, пора бы выпасть снегу. А день стоял пасмурный, серый. Трудно сказать, что последует после такой погоды: то ли дождь, то ли снег. Но ни того, ни другого не выпадало.

Миновав осиновый лес, давно скинувший блеклую листву, я вышел через сосняк на широкую просеку. Если пройти по этой просеке направо, то до дому мне надо шагать километров десять, а если повернуть налево, то можно попасть на тропку, ведущую к дому лесника.

В этих местах бывал я редко, но близ этого дама проходить приходилось. А кто в нем живет, не знаю.

Я остановился в раздумье, прислонив ружье к стволу низкой сосны, сам опустился на пень. Моя собака, свернувшись калачиком, улеглась у моих ног и ткнулась мордой в пушистый хвост. Так ей уютней и теплей. Мы оба изрядно устали, но разве охотники на это жалуются?

Осенний день уходил быстро. Казалось, совсем недавно был полдень, а уже смеркается. Сидя на пне, я не мог надышаться крепким ароматом бора.

Между тем в воздухе заметно холодало.

Глубокая тишина господствовала в лесу. Птицы, хозяйничавшие днем, угомонились, а звери, охотящиеся по ночам, еще не решались покинуть свои теплые лежки, ждали мрака.

Неожиданно нечто белое и легкое, как гусиный пух, промелькнуло в воздухе и, словно бабочка, беззвучно опустилось у моих ног. Я вгляделся пристальней: снег. Первая снежинка! Немного погодя упала другая, третья…

Откуда-то издалека донесся лай собаки. Я очнулся и встал. Моя собака побежала было вправо, но, увидев, что я направился влево, нехотя последовала за мной.

Пока я шел к дому лесника, почти совсем стемнело. Вдруг большая черная собака выскочила мне навстречу. Она так громко залаяла, что мой Тобик, испугавшись, отпрянул назад. Из темноты выступила фигура хозяина дома.

— Бобик! Бобик! Назад! — окликнул он свою собаку.

Узнав, что я ищу место для ночлега, лесник сказал:

— Добро пожаловать! Рады вашему приходу! — И, может быть, потому, что я заявился поздно, добавил: — Заблудились, наверно? О-о, ведь у нас лес большой.

— Нет, не заблудился, — ответил я. — В ваших краях приходилось бывать и раньше…