Вот и очередная стычка возле школы. Себастьян тем же способом отчаянно привлекал внимание своих друзей, но у Нэнси острые зубки. Она в два счета поставила его на место и ловко оттолкнула в сугроб. Я видела, как он покраснел от злости и от стыда. Друзья, в том числе и Алекс, заняли позицию Нэнси и демонстративно посмеялись над ним. Он вновь попытался реабилитироваться: сгреб в ладошку снег, но Алекс велел ему прекратить. Мне нет необходимости смотреть на Лею, чтобы оценить ее реакцию. Уверена, мы обе чувствуем одно и то же. Но в его голосе сквозит холод и безразличие.

Мы направились в раздевалку, хоть я и предполагала, что на этом воспоминание сменится. Лея сняла с себя куртку и, первым делом, проверила карман. Чертова колба! Не могу поверить! Она взяла ее с собой!

Лея повесила куртку рядом с курткой Нэнси. Меня забавил тот факт, что обе куртки сильно похожи. Наши вкусы с Нэнси совпадали.

Они вышли из раздевалки, а я осталась здесь. Каждая моя попытка выбраться терпела поражение. Здесь что-то должно произойти? Голос хочет, чтобы я увидела?

Прошло несколько минут, прежде чем в раздевалку ворвался Себастьян. Лицо его красное, глаза наполнены слезами. Он сжимал и разжимал кулаки, а после судорожно выдохнул носом. Я еще раз попробовала уйти, но мои ноги словно приклеились к полу.

Тем временем Себастьян продолжал наяривать круги по гардеробной. Он так сильно сжимал ладони, что на бледной коже выступили вены. Как бы он ни был жесток ко мне, хотелось его пожалеть.

– Не достоин! – закричал он и со всего размаха ударил по стене.

На костяшках выступила кровь. Он ударил еще один раз. Из горла вырвался сдавленный крик.

– Вы пожалеете! Все пожалеете! Особенно ты, Нэнс.

Он резко направился к нашим курткам. В руках сверкнули маленькие маникюрные ножнички. Откуда он их взял? Зачем носить их собой?

Себастьян вскинул руку и сделал маленькие порезы. Он не справлялся так же, как и я. Причинял себе физическую боль, чтобы заглушить моральную. Мне хотелось крикнуть, что это не выход!

Он перепутал куртки. Вместо пуховика Нэнси взял мою и вывернул. Его рука потянулась к внутреннему карману. К. Внутреннему. Карману. Я прижала руки к губам, боясь собственного крика. Словно он сможет услышать его.

Себастьян нащупал колбу. Огонь в его глазах потух, вместо него воцарилась тьма. Он вытащил колбу и окинул внимательным взглядом. После потянул крышку и высыпал крупицы на ладонь. Мне так хотелось его встряхнуть и велеть немедленно избавиться от содержимого, но я что может призрак? Стоять и смотреть.

На его губах возникла странная улыбка. Он молчал, но я понимала, что он планировал сделать. Вот, значит, как выглядит состояние аффекта.

Воспоминание сменилось, и теперь я в классе. Хочу понять, в рамках того же дня или наступил новый. На Нэнси та же одежда, что была и утром, а значит день продолжается.

Лея попросилась выйти, я пошла за ней. Легко догадаться куда она идет. Сейчас я считаю это глупостью, но тогда казалось необходимостью. Она ищет причину. Что-то, что заставит ее изменить свое решение.

Лея столкнулась с Алексом возле кабинета, где у него проходил урок.

– Боже, ты меня напугала. Ты же Линда, да?

– Лея.

– Точно, Лея, прости. Журнал попросили вам отнести, возьмешь?

Мне не нужно быть живой, чтобы прочувствовать то, что чувствует она. Разбита, сломлена, потеряна. Больше нет смысла.

Тьма не наступила, но вокруг меня все быстро сменилось. Теперь я в гардеробной, куда ворвалась Лея. Она судорожно обыскивала куртку. Пусто. Слезы хлынули по щекам, полностью затуманивая разум. Ей нужна поддержка. Она не должна сидеть здесь одна и позволять себе думать о том самом единственном выходе.

Появилась Нэнси. Я на секунду позволила себе выдохнуть. Нэнси точно справится с этими эмоциями. Сейчас Лея все расскажет.

Она молчит.

Она не рассказывает.

Я не понимала, почему она не рассказала.

Нэнси привела меня в порядок и повела в столовую. Неужели я не расскажу? Неужели не смогу поделиться этими мыслями с самым близким человеком? Нэнси бы помогла.