— О'кей, я поговорю с Кимом… в смысле, с Юм-Юмом, и возьму его показания. Ты кого-нибудь еще видел?

— Неа. Просто пошел к реке и залез в сточную трубу. Уснул там.

— И никого не видел? Может, лодку? Кто-то греб рано утром? Или столкнулся с кем-то, когда вылезал из трубы?

— Рой, мне надо подумать над этим. И я устал.

Капитан опустил голову на стол и через минуту уже спал.

Кингман смотрел на него и думал, как было бы легко просто встать и уйти. Вернуться к своей непыльной работе, заколачивать большие бабки в модном Джорджтауне… Ему не нужны эти хлопоты, все эти проблемы безнадежной защиты бездомного от обвинения в убийстве. Как там сказал Акерман — бросать золотые яйца ради этого?

Но он не ушел. Просто сидел и смотрел на человека, который пожертвовал частью своей жизни, чтобы американцы могли и дальше толстеть и радоваться. Наконец он произнес устало, но ясно:

— Я собираюсь сделать для тебя все возможное, Капитан. И даже если не выиграем, мы оба падем в бою.

Капитан что-то проворчал и сел. Мутно огляделся.

— А детка ушла?

— Детка?.. А, да, она ушла.

— Двести долларов, Рой.

— Капитан, тебе не нужно мне платить. Я делаю это pro bono, в смысле, за свои деньги.

— Как я их получил, — произнес Капитан и смущенно замялся. — Отлил в чашку.

— Не понял?

Бродяга уставился на стол и приглушенно сказал:

— Отлил в чашку.

Рой, по-прежнему в замешательстве, придвинулся поближе.

— Кто-то заплатил тебе две сотни долларов, чтобы ты отлил в чашку?

— Не отлил… другая штука.

Теперь Кингман действительно видел розовое на лице Капитана, поскольку тот покраснел.

— Другая штука?

— Они мне дали журнал… посмотреть. Не мог сказать перед деткой.

— Журнал?

— Журнал с девочками. Не отлил. Ну ты понял. Другая штука.

— Ты хочешь сказать…

Капитан многозначительно уставился на Роя.

— Двести долларов за посмотреть журнал с девочками.

Кингман подался вперед и схватил Капитана за руку.

— Где это было?

— Джи-таун. Не очень далеко.

— Клиника планирования семьи? Банк спермы?

Капитан тупо смотрел на него.

— Проехали. Можешь вспомнить, когда это было?

— Днем.

— Хорошо, а ты можешь вспомнить, где именно это место?

— Эээ… оно было белое.

— Ты можешь описать человека, который попросил тебя… м-м-м… отлить в чашку?

— Какой-то парень.

— Не важно, я его найду!

Рой захлопнул портфель и выбежал из комнаты.

Мейс вышла из особняка и прошлась до гостевого дома. Алиша и Тайлер сидели за обеденным столом и ели приготовленные Хербертом блюда. Перри уселась рядом с Тайлером, который то осторожно засовывал в рот вилку картофельного пюре, то делал большой глоток молока.

— Да, еда тут просто бесподобная, — заметила Мейс, глядя на малыша.

— Вы тут живете? — спросила ее Алиша.

— Временно. Вы устроились?

Алиша кивнула.

— Поверить не могу. Ну то есть я же вчера была в своей квартирке, а потом у социалов. А сейчас… Это как сон. Как в кино. — Она изумленно разглядывала обширную комнату, потом посмотрела на сына. — Я думаю, Таю тоже здесь нравится.

— Погоди, скоро я покажу тебе спортзал. Там есть крытая баскетбольная площадка.

У Тая распахнулись глаза.

— Ты слышал, Тай? — сказала его мать. — Баскетбольная площадка.

— Ему нравится баскетбол?

— Еще как. Только мало шансов поиграть как следует. Но он любит смотреть. Смотрел из окна, как ваш друг надрал задницу Психу. Вы б видели, как Тай хлопал и прыгал…

— Тай, — сказала Мейс, — если хочешь, могу показать тебе пару классных приемов.

Мальчик проглотил полный рот еды и посмотрел на мать.

— Было бы здорово, Тай, верно?

Он быстро кивнул.

Потом они пошли в зал. Мейс подобрала мяч и повела Тая на площадку, оставив Алишу смотреть. Затем стукнула разок мячом, развернулась и бросила. Мяч лег точно в корзину, не задев дужку.

Мальчик просиял и посмотрел на мать. Алиша захлопала, и Тай тоже захлопал, широко разводя пухлые ручки. Мейс взяла его за руку, и они подошли поближе к корзине.

— Погоди секунду, Тай.

Мейс направилась к регулятору на стене, который управлял высотой корзины, опустила корзину до пяти футов и вернулась к мальчику. Она объясняла, как держать мяч, а потом помогла сделать несколько первых бросков. Три мимо, но четвертый попал в корзину.